Наш форум

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Наш форум » Библия » Первоверховные апостолы Пётр и Павел,


Первоверховные апостолы Пётр и Павел,

Сообщений 31 страница 57 из 57

31

Блох Исаак Абрамович написал(а):
ОК написал(а):

Прошу меня простить, но это не объясняется в формате интернетского форума.

Тогда , какого чёрта Вы завели эту штуку?

Какую штуку? Форум?
Вы, мне кажется, взрослый человек, и должны бы понимать, что есть ряд тем и вопросов, которые не обсуждаются громко и прилюдно. Не потому что тайна, и не потому что я такой вредный, а потому что не объяснить.
Есть вопросы, о которых не говорят даже по телефону - "не телефонный разговор" (хоть и слышат интонации голоса).
Некоторые вещи нельзя передать в письме (даже написанном от руки).
Мы же здесь можем оперировать исключительно мёртвыми машинными буквами и примитивными "смайликами". Можем поделиться информацией, но общаться при помощи Интернета на "задушевные темы"... извините. Наверное, это будет похоже на "секс по телефону". Я не умею и не хочу учиться.

Первый раз я уклонился от прямого ответа, и Вы уже нервничаете...
Нехорошо.

32

OK написал(а):

Еврейские деньги имели хождение в Палестине. Риму они были так же нужны, как Москве тугрики. Подать Риму платилась римскими монетами.

Всё пока понятно, спасибо.

33

OK написал(а):

У Вас есть книга Деяний апостолов? Посмотрите сами.
Сравните проповеди "свидетелей Иисуса" и проповеди ап.Павла.
Найдёте что-то "резко отличающееся" - дайте знать.

Вот нашел материал полезный для нашего.Спешу поделиться.Нужно обрезание или нет , это только вершина айсберга противоречий между апостолами,как видим-победила павлово течение в Церкви, и не удивительно,что от речений Петра прсто ничего не осталось.[align=center]Несомненно, Симон Петр является самым известным учеником
Иисуса. Но насколько хорошо известно, кем он был в действи-
тельности? Мы знаем его имя — Симон, и его прозвище, пред-
положительно данное самим Иисусом, — Кифа, которое в I веке
вообще было не именем, а существительным, означающим «ка-
мень». По край-
ней мере, таким было его прозвище на арамейском языке — язы-
ке, на котором говорили Иисус и Симон. На греческом языке,
языке Нового Завета, слово, означающее «камень», звучит как
petra, откуда мы получаем его более известное имя — Петр. Таким
образом, имя Симон Петр буквально означает «Симон-Камень».
Учитывая порывистый и переменчивый характер Симона при
жизни Иисуса, можно предположить, что Иисус проявил здесь
свою ироничность.
Но вернемся к нашему вопросу: насколько хорошо мы знаем
Петра из дошедших до нас источников? Очень жаль, что у нас нет
ничего подобного его полной биографии, написанной кем-либо
из его современников, хотя во множестве древних текстов расска-
зывается о том, что он предположительно говорил и делал, как
при жизни Иисуса, так и позже. Одна из трудностей, с которой
сталкиваются историки, заключается в выяснении того, какому из
этих текстов (если таковые вообще существуют) можно верить
как исторически достоверному, а какой был украшен легендами,
распространенными среди христианских рассказчиков несколь-
ких первых столетий. Проблема     связана не только с легендами                                                                                           встречающимися за пределами канона Нового Завета, но и с исто-
риями, которые в конечном счете стали рассматриваться христи-
анами как Священное ПисаниеВ одном из ранних текстов о миссионерских деяниях Петра после
смерти Иисуса мы находим его на Форуме в Риме, где он пытает-
ся убедить толпы язычников (то есть последователей многобожия)
оставить своих ложных богов и поверить в силу Иисуса, единст-
венного Сына Божьего. На площади появилась женщина в состо-
янии полного отчаяния: только что умер ее единственный сын, ее
любовь и радость. Она умоляет Петра воскресить ее сына из мерт-
вых. Петр отвечает ей: «В присутствии сих свидетелей пойди
и принеси своего сына, чтобы они могли увидеть и поверить в то,
что он был воскрешен силой Божьей». Петр посылает группу лю-
дей, чтобы те осмотрели труп. Они проверили и убедились в том,
что юноша мертв, затем принесли его к Петру и положили посре-
ди Форума. Петр произнес над мертвым телом краткую молитву,
а затем приказал: «Юноша, воскресни и иди со своей матерью, ты
еще можешь быть полезен для нее». И далее говорится, что «мерт-
вец немедленно воскрес, и толпа увидела и была поражена, и лю-
ди закричали: "Ты, Бог Спаситель, ты, Бог Петра, невидимый Бог
и Спаситель"». Таким образом была доказана сила Петра, про-
славлен Бог, а народ уверовал в Христа и последовал за ним.
Но действительно ли случилось данное событие? Его изложе-
ние встречается не в Новом Завете, а в собрании писаний, извест-
ных как «Деяния Петра», которые были созданы спустя прибли-
зительно 150 лет после того, как сам Петр уже сошел со сцены.
Это фактическая история или благочестивая легенда? Сравните
ее с рассказом, записанным несколько ранее. В городе Иоппия,
расположенном на восточном побережье Средиземноморья,
умерла благочестивая христианка по имени Тавифа. Другие хри-
стиане города были очень опечалены и послали за Петром, чтобы
он пришел и что-нибудь сделал. Тот немедленно прибыл в город
и поднялся в горницу, где было положено тело. Выслав всех из
комнаты, Петр встал на колени перед мертвой Тавифой и помо-
лился. Затем он сказал ей: «Тавифа, встань!» Она открыла глаза и встала, подав руку Петру, — к изумлению всех в Иоппии, мно-
гие из которых пришли убедиться в чуде и в результате поверили
в силу Иисуса. Такая вот история, подобная многим другим,
но данная встречается в самом Новом Завете (см.: Деян. 9:36-43).
На каком основании историк может утверждать, что одна из ис-
торий является вымышленным рассказом, а другая — биографи-
ческим фактом? Допустимо ли сказать, что автор Деяний записы-
вал исторические события просто на том основании, что жившие
много лет спустя Отцы Церкви решили включить его тексты в ка-
нон Священного Писания?
Оживление мертвых тел не может не обращать на себя внима-
ние читателей Нового Завета. Безусловно, мы не каждый день на-
блюдаем такого рода вещи, но, похоже, именно это и происходит
в Библии. Другие удивительные события, тоже невозможные
в буквальном смысле, не могут до такой степени поразить нас, ос-
таваясь чем-то странным и сомнительным. Рассмотрим эпизод
про Петра и вяленую рыбу. Петр вернулся в Рим, пытаясь убе-
дить толпу в том, что его Бог всемогущ и заслуживает поклоне-
ния. Они просили его совершить чудо, чтобы доказать свою точ-
ку зрения, и он заметил вяленую рыбу, висящую в окне магазина
торговца рыбой. Петр взял рыбу и спросил толпу: «Если увидите
ее плавающей в воде подобно рыбе, сможете поверить в того, ко-
го я проповедую?» Все ответили в один голос: «Поистине, мы по-
верим тебе». И тогда Петр произнес магические слова: «Во имя
твое, о Иисус Христос, в которого они еще не верят, в присутствии
всех говорю тебе, рыба, живи и плавай как рыба!» И рыба тут же
оживает — не просто на час или около того, а окончательно, так
как люди видели, что когда они остались и кормили рыбу, она ела
крошки хлеба. Эта демонстрация божественной силы оказала
тогда внушительное воздействие: «...Весьма многие, видевшие
это, последовали за Петром и поверили в Бога».
Это довольно странный момент в жизни Петра; и опять же он
встречается не в Священном Писании, а в относящихся ко II веку
«Деяниях Петра». Но странные события описываются также
и в Новом Завете. В одном месте Деяний апостолов рассказывает-
ся, что Петр стал настолько могущественным, что ему больше не
требовалось даже прикасаться к больным или бесноватым, чтобы
исцелить их. Если он проходил мимо в солнечный день, даже его
тень исцеляла их (см.: Деян. 5:15-16).
Или рассмотрим еще пару историй. В Новом Завете Петр го-
ворит от имени Бога с Ананием, человеком, который утаил часть
денег, вырученных за проданное имение, то есть то, что было
предназначено для апостольского доверительного фонда. В ре-
зультате вмешательства Петра Ананий (а позже и его в равной ме-
ре виновная жена), к изумлению толпы, падает замертво. В текс-
те не из Нового Завета Петр говорит от имени Бога с Симоном
Волхвом, магом, который пытался доказать, что он представляет
истину Бога, летая, подобно птице, над холмами и храмами Рима.
В результате вмешательства Петра Симон лишается своей способ-
ности летать, падает на землю, ломает ногу в трех местах и в ко-
нечном счете умирает. Это также заметно поражает толпу. На ка-
ком основании мы можем решать, что одна из этих историй — факт,
а другая — вымысел?
Мы можем расширить проблему, включив сюда слова Иисуса,
которые, как предполагалось, слышал его ближайший ученик
Петр. В одном тексте говорится о том, что Иисус сидел на Елеон-
ской горе, рассказывая своим ученикам о том, что произойдет
в конце времен. Когда Петр попросил его рассказать поподроб-
нее, Иисус пустился в длинное разъяснение того, что может ожи-
дать неверующих в Судный день, и, вероятно, фактически обри-
совывает Петру царство проклятых. Яркие и мрачные образы
в тексте прямо указывали: тот, кто обычно ведет греховную
жизнь, будет осужден на тяжкие страдания в загробной жизни,
и до некоторой степени их наказания будут соответствовать их
преступлениям. Так что женщины, которые завязывают лентой
свои волосы, чтобы сделать себя привлекательнее для любовни-
ков, будут навечно повешены за волосы, а мужчины, у которых
были с ними предосудительные сексуальные связи, будут подве-
шены за свои гениталии над огнем. Нет сомнения, эти мужчины
возрыдают: «Мы не знали, что нас ожидает вечное наказание!» Те
же, кто упивается своим богатством, будут одеты в тряпье и нечи-
стую одежду и брошены на веки веков на острые раскаленные
камни, которые «острее, чем мечи». Те, кто давал деньги под про-
центы (ростовщики), проведут вечность в большом озере, стоя
по колено в скверне. И так далее.
Это повествование можно найти в книге, называемой «Апока-
липсис Петра», которую считали священным писанием многие
христианские священнослужители в течение многих столетий,
пока не был окончательно согласован канон, но которая в конце
концов так и не была включена в Новый Завет. Не менее порази-
телен, однако, текст, встречающийся в Новом Завете, где Иисус говорит Петру (а также Иакову и Иоанну), что «не прейдет род
сей, как всё это будет» (Мк. 13:30), вся Вселенная распадется:
«Солнце померкнет, и луна не даст света своего, и звезды спадут
с неба, и силы небесные поколеблются. Тогда увидят Сына Чело-
веческого, грядущего на облаках с силою многою и славою»
(Мк. 13:24-26). Если люди смогут увидеть пришествие Сына Че-
ловеческого, которое станет величайшим чудом, то с тех пор не
будет ни солнца, ни луны, ни звезд.
Можно было бы и больше рассказать об удивительных истори-
ях, связанных с Петром, как в каноне Священного Писания, так
и вне его, но и приведенного достаточно, чтобы обрести отправ-
ную точку. Большинство читателей неканонических текстов, ко-
нечно же, понимают, что они полны легендарных рассказов
о том, что Петр говорил, слышал, делал и пережил. Эти тексты
часто основываются на благочестивых легендах, поскольку хрис-
тианские рассказчики хотели прославить жизнь главного ученика
Иисуса. Но сочинительство подобных легенд практиковалось не
после того, как был окончательно утвержден канон Нового Заве-
та. Совсем наоборот, легендарные материалы содержатся именно
в тех книгах, которые христиане в конечном счете стали называть
Священным Писанием. Дело обстоит не так, будто Новый Завет
знакомит нас только с фактами, а книги не из Нового Завета со-
держат только благочестивый вымысел. Факты и вымысел есть
во всех наших книгах, как в Библии, так и вне ее. И во многих слу-
чаях трудно — можно сказать, почти невозможно — отделить
одно от другого.
Возможно, конечно, это не самая важная задача. Оба вида по-
вествований — исторически достоверные и весьма легендар-
ные — рассказывались и пересказывались христианскими верую-
щими и авторами по определенным причинам, часто по одним
и тем же причинам. Мы должны понять, что люди, рассказывав-
шие истории о Петре (а также о Павле, Марии и даже Иисусе),
были заинтересованы не просто в том, чтобы преподать уроки
истории, поведать объективно проверяемые сюжеты ученикам,
которым нужно было знать происходившее, «каким оно дейст-
вительно было». У христианских рассказчиков был совершенно
другой диапазон целей. Они стремились объяснить, проиллюст-
рировать, исследовать и воплотить важные христианские верова-
ния, взгляды, идеи, убеждения, цели, методы и т.д.
Таким образом, если учитывать природу данного материала,
возможно, самая важная задача заключается не в сухой академи-
ческой работе по отделению истории от легенд, а, скорее, в обре-
тении понимания того, чего эти повествования стремились до
стичь в своей собственной перспективе, то есть какой цели рас-
сказчики хотели достичь, передавая истории так, как считали
нужным.
[/align]

Отредактировано Блох Исаак Абрамович (2010-01-14 11:55:39)

34

Это особенно верно в отношении ранних христианских Еван-
гелий, которые никогда не предназначались для того, чтобы быть
объективными описаниями исторических фактов. В конце кон-
цов, они называются Евангелиями, что означает «благая весть».
Все, кто писал эти книги, намеревались показать, что жизнь,
смерть и воскресение Иисуса принесли спасение, то есть у них
был теологический замысел Прежде чем дальше исследовать данный вопрос, я должен сказать,
что некоторые ученые утверждали, что, несмотря на все вышеиз-
ложенное, есть по крайней мере один древний источник, который
дает исторически достоверное описание того, что происходило
в жизни Петра в период служения Иисуса. Предположительно
этот источник основывается на рассказе очевидца (самого Петра)
и является не чем иным, как Евангелием от Марка.
Евангелие от Марка — самое раннее из дошедших до нас Еван-
гелий. В настоящее время большинство ученых полагает, что оно
было написано примерно в 65 или 70 году, то есть приблизитель-
но через 35^40 лет после смерти Иисуса3. Но как Марк получил
сведения об Иисусе? Традиция ранней Церкви говорит о том, сам
Марк не был учеником Иисуса (и, следовательно, не был свидете-
лем тех событий, о которых он пишет), но был своего рода лич-
ным секретарем его главного ученика — Симона Петра. Эта тра-
диция восходит к сочинениям в иных отношениях малоизвестно-
го Отца Церкви начала II века по имени Папий, епископа города
Иераполя в Малой Азии (на территории современной Турции).

35

Папий был автором произведения в пяти книгах, называемого
«Изъяснение Господних изречений». Согласно нашим сведениям,
это была первая попытка в письменной форме интерпретировать
высказывания Иисуса. Трудно разобраться в характере содер-
жащихся там пространных толкований. Мы не знаем, например,
интересовался ли Папий только учением Иисуса или обсуждал
также различные деяния и страсти Иисуса. Причина нашего не-
знания состоит в том, что данное произведение почти полностью
утрачено. Ранних христиан, читавших «Изъяснение» Папия, оно
совершенно не заинтересовало, и они либо запретили его, либо
не потрудились переписать для потомков. Ни одного экземпляра
не сохранилось. Если мы вообще хоть что-то знаем об этом произ-
ведении, то единственно потому, что иногда его цитировали неко-
торые более поздние церковные авторы. Причем их больше зани-
мал сам факт, что упомянутую книгу написал Папий, чем то, что
он говорит в ней; это становится очевидно из нескольких сделан-
ных ими замечаний. Весьма значительный автор начала IV века,
Евсевий — иногда называемый «отцом истории церкви», потому
что он написал первую историческую летопись ранних веков
христианства, — читал «Изъяснение» (или, возможно, только его
части) и сделал вывод, что «Папий был человеком весьма невысо-
кого ума» («Церковная история», 3, 39,13).
Однако достойно великого сожаления, что упомянутое произ-
ведение Папия не сохранилось полностью, ибо те его части, кото-
рые все же дошли до наших дней, представляют огромный исто-
рический интерес. Оно важно также потому, что Папий указыва-
ет, каким образом он собирал сведения об Иисусе и его учении.
В одной из цитат, которые Евсевий приводит из «Изъяснения»,
Папий заявляет, что предпочитаемый им метод исследования со-
стоит не в том, чтобы читать написанное другими об Иисусе (на-
пример, Евангелия), а в том, чтобы беседовать с главами христи-
анских общин, которые были знакомы с одним или несколькими
апостолами Иисуса:
«Но всякий раз, когда приходил кто-то, кто был спутником
одного из пастырей, я подробно расспрашивал его о том, что го-
ворили Андрей или Петр, или что говорили Филипп или Фома,
или Иаков, Иоанн, Матфей или любой другой ученик Господа»4.
И поэтому, хотя сам Папий не был ни свидетелем служения
Иисуса, ни спутником кого-либо из учеников Иисуса, он был зна-
ком с людьми, знавшими этих учеников, и получал от них ценные
сведения. Эти сведения и послужили основой для его изложения
учения Иисуса.
Все сказанное имеет значение для наших целей по той причи-
не, что в одной из немногих сохранившихся цитат из работы Па-
пия приводится ссылка на авторство и авторитетность Евангелия
от Марка. Здесь Папий пишет:
«И вот, что пресвитер говорил: "Марк поистине был перевод-
чиком Петра: то, что запомнил из Господом сказанного и содеян-
ного, он точно записал, но не по порядку, ибо он и не слышал Гос-
пода, и не сопровождал Его. Позднее, как сказано, он слышал
и сопровождал Петра, который проповедовал, применяясь к об-
стоятельствам, но не собирался располагать в порядке Господни
изречения. Потому и не погрешил Марк, записывая так, как за-
помнил. Ибо он заботился только о том, чтобы ничего не пропус-
тить и не передать неверно"» (Фрагмент 3,15).
На основе данной цитаты некоторые ученые утверждали, что
в Евангелии от Марка мы фактически имеем весьма достоверное
описание того, как Петр понимал Иисуса — и, конечно, всего, что
сам Петр говорил и делал. Утверждается, что Евангелие от Марка
основывается на свидетельском рассказе Петра, как отмечает сам
Папий5.

Жизнь историков была бы гораздо легче, если бы всё было таким
элементарным делом. Но, к сожалению, проблематично принять
утверждение Папия за чистую монету и предположить, что
в Евангелии от Марка мы имеем исторически достоверное описа-
ние деяний Петра. Во-первых, некоторые элементы утверждения
Папия просто невероятны. Когда он говорит, что Марк записывал
«всё», что Петр помнил о словах и делах Иисуса, мог ли он дейст-
вительно подразумевать такое? Наше Евангелие от Марка — это
небольшая книга, составляющая немногим более двадцать стра-
ниц в лежащей на моем столе Библии. Вероятно, потребуется
лишь несколько часов, чтобы прочитать его от начала до конца.
Можем ли мы представить себе, что апостол Петр, который был
с Иисусом с самого начала его служения и до его ареста, хорошо
помнил, что Иисус сказал и пережил, написал после этого такой
крохотный сюжет? Несомненно, если он провел с Иисусом меся-
цы, не говоря уже о годах, он мог бы рассказывать о нем в тече-
ние многих дней. Евангелие от Марка не может быть собранием
всего того, что помнил Петр.
Однако на то ли Евангелие от Марка ссылается Папий, кото-
рое теперь содержится в нашем Новом Завете? Может быть, что
естественно было бы предположить, ссылается на него, но важно
обратить внимание на несколько любопытных фактов. Во-пер-
вых, наше Евангелие от Марка первоначально так не называлось.
Как и в случае с другими Евангелиями Нового Завета, оно было
написано неизвестным автором. Его автор не говорит, кто он та-
кой. Название книги было добавлено позже (и мы не знаем, на-
сколько позже) писцами, которые переписывали книгу и хотели,
чтобы их читатели знали, на чей авторитет опирается повествова-
ние6. По этой причине нет никакой гарантии того, что книга,
упоминаемая Папием, является той книгой, которую мы называ-
ем Евангелием от Марка.
Во-вторых, рассмотрим еще одно Евангелие, о котором упоми-
нает Папий, — Евангелие от Матфея (он не обсуждает Евангелие
от Луки и Евангелие от Иоанна). Вот что он говорит о нем: «Мат-
фей на еврейском языке изречения (Господни) записал, перево-
дил же их кто как мог». Опять же можно было бы некритически
предположить, что Папий ссылается на Евангелие, которое мы
называем Евангелием от Матфея. Но разве это так? Вот что он го-
ворит об этой книге: во-первых, в ней содержатся (только) изре-
чения Иисуса, и она была написана на еврейском языке. Но наше
Евангелие от Матфея содержит намного больше, чем только из-
речения, в нем приводится также описание деяний, чудес, смерти
и воскресения Иисуса. И оно было написано не на еврейском,
а на греческом языке7. По-видимому, Папий имеет в виду какую-
то другую книгу, а не наше Евангелие от Матфея. Точно так же,
когда он упоминает Евангелие от Марка, имеет ли он в виду наше
Евангелие от Марка? Трудно сказать, так как он никогда не цити-
рует ни одного отрывка из Евангелия.
Таким образом, существует большая проблема с буквальным
пониманием слов Папия, когда он указывает на то, что Евангелие
от Марка основано на свидетельстве Петра: все остальное, что го-
ворит Папий, подробно и правильно обесценено учеными как
благочестивый вымысел, а не исторические сведения. Это один из
тех интересных случаев, когда ученые, стремящиеся к достовер-
ным комментариям, фактически принимают нечто за факт, даже
если есть другие комментарии, которые они предпочитают при-
знать вымышленными. Другими словами, перед нами случай се-
лективного предпочтения, предпочтения расценивать как факт
то, что желают принимать за факт, и игнорировать все остальное.
Рассмотрим несколько других хорошо засвидетельствованных
комментариев Папия, которые никто не считает фактически до-
стоверными. В одном месте своего «Изъяснения» он упоминает
о предании, предположительно полученном от ученика Иисуса
Иоанна, о том, что Иисус проповедовал о будущем тысячелетии
на земле:
«Грядут дни, когда взрастут такие виноградные лозы, у кото-
рых будет по десять тысяч ветвей; и на каждой ветви еще по де-
сять тысяч ветвей. И поистине, на одной ветви будет десять тысяч
побегов, а на каждом побеге по десять тысяч гроздей; и в каждой
грозди по десять тысяч виноградин, и каждая виноградина при
отжатии принесет двадцать пять мер вина. И когда какой-либо
из святых схватит одну гроздь, другая возопит к нему: "Я лучше,
возьми меня, воздай хвалу Господу через меня". Так же и пшенич-
ное зерно породит десять тысяч колосков, и в каждом колоске бу-
дет по десять тысяч зерен, и каждое зерно принесет десять фунтов
чистой муки тончайшего помола. Так же и остальные плоды и се-
мена и растительность дадут урожай в подобных количествах»
(Фрагмент 1,3).

Никто не считает, что данное учение Иоанн в самом деле пере-
дает от Иисуса; выраженное здесь фантастическое (и потрясаю-
щее) ожидание утопического царства на земле интригующе
и привлекательно, но в историческом отношении — как описание
слов Иисуса — недостоверно.
Или рассмотрим довольно мрачное описание смерти Иуды,
который, согласно Папию, не «повесился», как сказано в Еванге-
лии от Матфея (27:5), а испытывал мучительное раздувание, пока
его буквально не разорвало (больше согласно с Деян. 1:18):
«Но [после предательства] Иуда явил в этом мире великий при-
мер нечестия, тело его распухло до такой степени, что он не мог
проходить там, где могла проезжать повозка, и не только сам не
мог проходить, но даже и одна голова его. Веки глаз его настолько,
говорят, вспухли, что он вовсе не мог видеть света; а самих глаз его
невозможно было видеть даже посредством медицинской диопт-
ры: так глубоко находились они от внешней поверхности... После
больших мучений и терзаний он умер, говорят, в своем селе; и се-
ло это остается пустым и необитаемым даже доныне; даже доныне
невозможно никому пройти по этому месту, не зажав руками ноз-
дри. Таково зловоние, которое сообщилось от его тела и земле»
(Фрагмент 4).

Очевидно, Папий был склонен к полетам фантазии. Почему
ученые верят ему, когда он говорит, что Петр был источником
Евангелия от Марка? Только потому, что они хотят верить ему
в данном эпизоде, достаточно хорошо осознавая, что, если рас-
смотреть другие фрагменты его «исторической» информации,
то он передает благочестивые фантазии8

36

Как  уже мельком отмечалось, важно осознавать характер сохранившихся христианских текстов, Евангелия от Марка и всех ос-
тальных, стараясь исследовать их как источники для выяснения
того, что же произошло в действительности. Тексты, которые мы
имеем, например Евангелия и Деяния апостолов, вероятно, содержат некоторые исторические установленные воспоминания о реальных событиях в жизни Петра. Но они содержат также исторически недостоверные утверждения, многие из которых выдвинуты по тем же самым при-
чинам, по которым сделаны и более достоверные: не для того,
чтобы дать нам уроки относительно жизни в римской Палестине первого века, а для того, чтобы развить важные христианские взгляды.
Это ни хорошо, ни плохо. Невозможно дать «полностью объективное» описание всего происходившего, даже если бы кто-то за-
хотел это сделать. Прежде чем что-либо случившееся могло быть
описано, его должны наблюдать. А у человека, наблюдающего
и описывающего, всегда есть свои верования, взгляды, мировоззрение, предпочтения, объекты ненависти, симпатии, антипатии,
предубеждения, склонности и масса других черт, которые делают
человека человеком. Все эти человеческие черты обязательно
влияют на то, как мы наблюдаем все происходящее в нашем мире, что хотим описать и как мы это делаем. Это верно не только
для авторов раннехристианской литературы, но и для всех нас,
во все времена. В результате историки, которые хотят знать, что
же в действительности происходило в прошлом, всегда должны
принимать во внимание данный фактор субъективности.
Эти книги — не «объективные» описания того, что говорил и делал Иисус.
Это хорошо видно благодаря особому подходу к чтению Евангелий. Большинство людей, которые серьезно относятся к чтению
Евангелий (по-видимому, таких людей все меньше и меньше), читают их таким способом, который я назвал бы «вертикальным».
То есть они начинают с Евангелия от Матфея и читают его от начала до конца, каждую страницу, — сверху донизу. Затем они читают от начала до конца Евангелие от Марка. Евангелие от Марка
весьма похоже на Евангелие от Матфея: множество одинаковых
историй, многие из них стоят в той же последовательности, часто
описываются в точности теми же словами. Затем они читают Еван-
гелие от Луки, от начала до конца, и у них возникает то же самое
впечатление. В основном это одна и та же история, с добавлением
некоторого нового материала. Что и говорить, Евангелие от Иоан-
на отличается от первых трех, но когда оно читается «вертикаль-
но» (сверху донизу), оно вовсе не кажется совсем другим.
Так мы обычно читаем книги. Но есть и другой способ чтения
Евангелий — «горизонтальный». Горизонтальное чтение сосредоточено не на сходстве между текстами, оно выдвигает на первый
план их различие. Оно предполагает чтение какой-либо истории
в одном из Евангелий, затем — чтение той же истории в другом
Евангелии, а после этого — чтение той же истории в третьем.
Евангелия как бы располагаются на странице в три (или четыре,
если считать Евангелие от Иоанна) столбца, и вы читаете поперек
столбцов, а не сверху вниз. При этом вы начинаете замечать раз-
личия между Евангелиями. Иногда видны маленькие различия,
которые невозможно согласовать между собой (даже если описываемые события в главном те же самые). Иногда выявляются
большие различия, которые могут иметь значение для понима-
ния смысла события. А иногда это огромные различия с серьезными последствиями для их толкования.
Позвольте , просто для иллюстрации, привести несколько
примеров, связанных с нашим пониманием жизни Петра.
1. В Евангелии от Марка одно из ранних чудес Иисуса состояло
в исцелении тещи Петра от лихорадки (что позволило ей встать
и приготовить обед для Иисуса и его голодных учеников) (см.:
Мк. 1:30-31). Это происходит задолго до того, как Иисус встречает хо-
лодный прием в своем родном городе Назарете после проповеди, которую он произносит там, — через несколько недель или месяцев
(см.: Мк. 6:1-6). В Евангелии от Луки Иисус совершает то же чудо исцеления тещи Петра (см.: Лк. 4:38-39), но теперь это происходит почти сразу после его проповеди в Назарете (см.: Лк. 4:16-30) — до деяний
Иисуса, описанных в главах 2-5 Евангелия от Марка, а не после них.
Возможно, различие не столь уж важное. Но если вы хотите написать
биографию Петра, разве не важно знать, что и когда происходило?
Другая хронологическая неувязка выявляется в описании
конца служения Иисуса. В Евангелии от Марка Иисус проводит
Тайную вечерю с Петром и другими учениками во время иудейского праздника Пасхи (см.: 14:12). Однако в Евангелии от Иоанна
вечеря происходит за день до Пасхи (см.: Ин. 19:14). Так что когда
было? Какова здесь хронологическая последовательность: предпо-
лагается ли в христианской традиции, что Тайная вечеря связана
с иудейской Пасхой (возможно, в качестве некой «замены»), или
на самом деле она не связана с ней?
Как (и когда) Петра призывают стать учеником? Призвал
ли его Иисус в самом начале своего служения, когда Петр ловил
рыбу (Иисус предложил ему выбрать сеть и следовать за ним), как
в Евангелии от Марка (см.: 1:16-17)? Или этот призыв произошел
после того, как Иисус сотворил несколько чудес (в том числе исце-
лив тещу Симона), после того, как Симон и его товарищи получи-
ли чудесный улов рыбы, согласно Евангелию от Луки (см.: 5:1-11)?
Или сам Петр, побуждаемый его братом Андреем, находит Иисуса (а не наоборот), когда еще не было речи о чудесном улове, как
в Евангелии от Иоанна (см.: 1:38-41)?
Когда Петр признает, что Иисус — мессия? В середине служения Иисуса, как в Евангелии от Марка (см.: 8:29)? Или в самом
начале, как в Евангелии от Иоанна (см.: 1:41-42)?

Примеры такого рода можно умножать целый день. Достаточно читать Евангелие горизонтально, и найдется множество таких
примеров. Еще один пример:если тщательно сравнить все соответствующие описания в Евангелиях. Кто идет к могиле Иисуса через день
после Субботы? Сколько женщин было там? Что они увидели? Кто
их там встречает — ангел, человек или двое мужчин? Что им там
сказали? Что они сделали сразу после этого? И так далее. Такой же
задание можно проделать с вопросами о роли Петра в день воскре-
сения Иисуса. Действительно ли он первый увидел Иисуса или Ма-
рия Магдалина? Что он делал у могилы? Кому он поверил? Кому
он не поверил? Прочитайте эпизоды самостоятельно, и вы увидите
все проблемы. Евангелия — это не исторические рассказы о том,
что происходило в действительности. Они не могут быть таковыми — слишком часто они не соответствуют реальности.
То же самое упражнение работает и применительно к Деяниям
апостолов, где Петр также представлен в заметной степени (по
крайней мере в главах 1-12). В данном случае мы не располагаем
вторым описанием раннего периода существования Церкви, которое можно было бы сравнить с Деяниями апостолов (то есть про-
читать их горизонтально): Деяния апостолов — единственная
в своем роде книга Нового Завета. Другой ключевой фигурой
в Деяниях апостолов является апостол Павел, и можно сравнить
то, что Павел пишет о своих отношениях с Петром в своих посланиях, с тем, что говорится об отношениях Павла с Петром в Деяниях апостолов. Тщательно рассмотрите разные описания, и вы
найдете важные различия. Когда Петр и другие апостолы встретились с Павлом — сразу после обращения Павла в Дамаске, как
в Деяниях, или годы спустя, как на этом настаивает Павел (см.: Де-
ян. 9:26-29; Гал. 1:16-18)? Начал ли Петр служение для язычников,
как в Деяниях апостолов, или он ограничился служением для иудеев, в то время как Павел был миссионером для язычников, как
об этом пишет в своих посланиях Павел (см.: Деян. 10-11; Гал. 1-2)?
Соглашается ли Петр с мнением Павла, что язычники не должны
соблюдать иудейский Закон, как в Деяниях апостолов, или он не
согласен с этим, как у Павла (см.: Деян. 15:6-11; Гал. 2:11-15)?

Отредактировано Блох Исаак Абрамович (2010-01-17 14:52:25)

37

Кое-что относительно Петра мы можем сказать с определенной
уверенностью. Например, вероятно, он был говорящим на ара-
мейском языке рыбаком из Галилеи. Есть вещи, которые почти
наверняка являются легендарными преувеличениями, сочинен-
ными христианскими рассказчиками о его жизни и поступках:
например, он, наверное, не оживлял вяленую рыбу, чтобы обратить в в римскую толпу. И есть события, которые, возможно,
являются историческими, но их трудно установить: проповедовал
ли он толпе иудеев в Иерусалиме через два месяца после смерти
Иисуса, что привело к массовым обращениям? Действительно ли
он был первым епископом в Антиохии Сирийской? Или в Риме?
Умер ли он распятым на кресте во время царствования императора Нерона?
Кроме того, существует большое количество историй, расска-
занных о Петре, значение которых не зависит от того, историчес-
ки достоверные они или нет. Эти истории заслуживают нашего
внимания не столько в силу того, что объясняют нам нечто действительно случившееся в его жизни, сколько помогая понять, что
происходило в жизни людей, которые рассказывали эти истории.
Эти истории имели важное значение для христианских рассказчиков, ибо они помогали им выражать их собственные верования, предпочтения, антипатии, страхи и представленияне
только о Петре, но и о себе, о своем отношении к Богу и миру,
в котором они жили.

В историях Нового Завета он постоянно описывается как переменчивый и порывистый человек, которого едва ли
можно было назвать Камнем. Однако все Евангелия свидетельствуют, что сам Иисус дал ему такое прозвище. Когда это произошло и насколько в действительности оно подходит?Заметим,Иисус дал одно имя-определение, а евангельские рассказы вовсе не поддерживают и даже наоборот противоречат этому. Почему? Хороший вопрос.

Как очень часто бывает, Евангелия не согласуются в том, когда
Иисус даровал Симону имя Петр (Камень). Первое Евангелие,
которое, вероятно, было написано Марком, датировано большинством ученых примерно 65-70 годами, то есть возникло через
35-40 лет после событий, о которых в нем рассказывается. Здесь
в своем фактически первом публичном деянии Иисус призывает
Андрея и его брата Симона оставить рыбацкое дело и стать его
последователями. Братья жили в Капернауме, маленькой рыбацкой деревне на берегу Галилейского моря. Вскоре после того, как
они встретили Иисуса, одно из его первых чудес состояло в исцелении тещи Симона, лежавшей в лихорадке, которая не позволяла ей приготовить ужин (см.: Мк. 1:29-31). На протяжении не-
скольких глав описывается, как Иисус продолжал заниматься целительством и изгонял бесов, приобретая последователей,
а также обсуждал аспекты иудейского Закона со своими противниками — фарисеями. Лишь в главе 3 рассказывается, что он выбрал двенадцать последователей, чтобы они стали его самыми
близкими учениками, составив, так сказать, его внутренний круг.
Здесь говорится о том, что сначала он выбрал Симона и дал ему
прозвище Петр (см.: Мк. 3:16; это согласуется с версией данной ис-
тории у Луки — см.: Лк. 6:14). Можно было бы предположить, что
дарование нового имени произошло именно в этот момент, после
того как Иисус начал немного узнавать Симона.
Евангелие от Матфея было написано примерно через
10-15 лет после Евангелия от Марка, в 80-85 годы. Многие из историй, описанных в Евангелии от Марка, копируются в Евангелии от Матфея, вероятно, потому, что Матфей просто переписал
их, изменив в той мере, в какой считал это целесообразным (добавив множество историй, не встречающихся у Марка). Можно видеть, что Матфей не упоминает о перечислении Иисусом двенадцати учеников вплоть до гораздо более позднего периода его служения. Фактически этого не происходит до тех пор, пока Иисус
не произнес своей знаменитой Нагорной проповеди (которая
встречается у Матфея, но не у Марка) и совершил множество
чудес (см.: Мф. 8-9). Кроме того, при перечислении апостолов
Матфей немного изменил формулировку из Евангелия от Марка.
Вместо слов «нарекши ему имя Петр» Матфей просто говорит,
что первым из учеников был «Симон, называемый Петром»
(Мф. 10:2). Другими словами, в этом более позднем тексте «Петр»,
по-видимому, является просто известным прозвищем Симона,
а не эпитетом, который дал ему сам Иисус.
Еще более интересно то, что Иисус дает Петру этот эпитет в более позднем месте Евангелия от Матфея. Примерно в середине
повествования описывается, как Петр делает важное признание
относительно истинной сущности Иисуса. Когда Иисус спрашивает учеников, кем он является по их мнению, Петр отвечает: «Ты —
Христос, Сын Бога Живаго» (Мф. 16:16). Именно в этот момент
Иисус отвечает ему (это есть только в Евангелии от Матфея), даро-
вав ему прозвище: «блажен ты, Симон, сын Ионин, потому что не
плоть и кровь открыли тебе это, но Отец Мой, Сущий на небесах;
и Я говорю тебе: ты — Петр, и на сем камне Я создам Церковь
Мою, и врата ада не одолеют ее» (Мф. 16:17-18). В течение многих
столетий толкователи спорили по поводу значения этих слов: действительно ли Петр является основанием (камнем) Церкви, как
обычно утверждают католические теологи? Или же сам Иисус
Христос является ее основанием, как это утверждают многие протестанты? А может быть, эти слова означают что-то другое?1 В любом случае ясно, что, согласно Матфею, Симона назвали «камнем»
за его правильное восприятие сущности Иисуса.
Когда мы приходим к последнему Евангелию Нового Завета,
Евангелию от Иоанна, написанному, вероятно, примерно в 90-95 го-
дах, мы имеем совершенно другой сценарий. Здесь Иисус не застает Симона за рыбной ловлей и не призывает его стать своим
последователем; наоборот — Симон находит его. Первым встречает Иисуса Андрей, брат Петра. Будучи учеником Иоанна Крестителя, Андрей однажды услышал, как тот называет Иисуса
«Агнцем Божим» (Ин. 1:36), взявшим на себя грехи мира, и естественно, это заинтересовало Андрея. Он решает последовать
за Иисусом и поговорить с ним. То, что он узнает, очевидно, про-
извело на него впечатление, поскольку он немедленно идет искать своего брата Симона и говорит ему: «Мы нашли Мессию»
(Ин. 1:41). Симон приходит, чтобы лично убедиться в этом, и первое, что произносит Иисус, взглянув на него, — его новое имя:
«ты — Симон, сын Ионин; ты наречешься Кифа, что значит:
камень (Петр)». Трудно понять, что следует из такого заявления,
поскольку это произошло сразу же, как только Иисус впервые
взглянул на Симона. Может быть, Иоанн хочет показать, что
у Иисуса было сверхъестественное видение его характера, как
и в случае с Нафанаилом, которого он позже в той же главе узнает, никогда не видев до того?
Таким образом, если рассматривать только Евангелия, остается неясным, когда или при каких обстоятельствах Симон получил
прозвище Камень. Но все Евангелия согласны в том, что Иисус
сам дал ему такое имя. Это оказалось знаменательным моментом
в истории имен. Несмотря на то что до этого слово «камень»
(Петр) было просто существительным, уже в раннехристианский
период оно стало популярным именем и остается таковым вплоть
до нашего времени.
Нерешительность Петра проходит постоянным рефреном во
всех историях Евангелий Нового Завета. В них показано, что Петр
был порывистым, ненадежным, склонным к упрекам и в конечном счете вероломным. Независимо от того, являются ли все эти
рассказы исторически точными описаниями того, что происходило, они повторяются достаточно часто, чтобы допустить, что Симон был широко известен своим вспыльчивым и колеблющимся
характером.
Однажды где-то на полпути своего публичного служения Иисус,
согласно ранним Евангелиям, берет с собой Петра, вместе с Иаковом и Иоанном, на вершину горы, где перед их глазами преображается в сияющее существо. Затем явились еще двое — не кто иные,
как Моисей и Илия, — которые стали беседовать с ним. Петр, сбитый всем этим с толку, вымолвил, что они должны сделать для них
три шатра, очевидно желая остаться на горе и продолжать испыты-
вать необычные переживания. Рассказчик самого раннего Евангелия, Марк, метко замечает, что Петр высказал предложение, «ибо
не знал, что сказать» (Мк. 9:6). Другим ученикам хватило здравого
смысла, чтобы промолчать.
В другом эпизоде, в Евангелии от Матфея, тоже показано, как
Петр говорит в напряженный момент. Иисус послал учеников
в лодке на другую сторону Галилейского моря, в то время как сам
остался на берегу помолиться. Когда он закончил молиться, было
уже темно и поднялся шторм, мешавший ученикам плыть вперед. Тогда Иисус пошел к ним по воде. Когда ученики увидели его
посреди озера, они испугались, думая, что это призрак. Иисус
уверял их, что это он, а Петр характерно несдержанно выкрикнул: «Господи! если это Ты, повели мне придти к Тебе по воде»
(Мф. 14:28). Иисус исполнил его желание, и Петр, выпрыгнув из
лодки, начал идти по воде. Но когда он понял, что идет («видя
сильный ветер»), он заколебался и стал тонуть. Только помощь
Иисуса спасает его от настоящей беды. И таков Петр всегда: по-
рывистый и колеблющийся. Отсюда и упрек Иисуса к нему: «Маловерный! зачем ты усомнился?»
Непостоянство Петра проявилось в его известном признании
Иисуса, описанном в ранних Евангелиях, особенно в Евангелии
от Марка. В первой половине этого Евангелия Петр и другие ученики, к большому огорчению Иисуса, по-видимому, не имеют
никакого понятия о том, кто же он в действительности. Так что
однажды Иисус говорит в отчаянии (после сотворения чудес,
описываемых на протяжении восьми глав, и сталкиваясь с их постоянной неспособностью чувствовать его истинную сущность):
«как же не разумеете?» (Мк. 8:21). Вскоре он спрашивает их, кем
считают его люди, и они говорят ему: одни думают, что он —
Иоанн Креститель или пророк Илия, или один из пророков, воскресший из мертвых. Затем он адресует этот вопрос им самим:
«А вы за кого почитаете Меня?» (8:29). Петр от лица учеников показывает, что он кое-что понял: «Ты Христос». Но это понимание
в лучшем случае оказалось частичным. Как мы увидим в более
поздней главе, большинство иудеев I века — включая, очевидно,
и Петра, — представляли себе будущего мессию как великую, могущественную личность, которая свергнет врагов Бога и установит новое царство для Израиля2. Однако Иисус не был таким,
особенно согласно Евангелию от Марка, в котором подчеркивается, что он мессия, который должен умереть за грехи других людей, чтобы дать им возможность расположиться по правую руку
от Бога (см.: Мк. 10:45). Согласно Марку, Иисус был страдающим
мессией, а не величественным и могущественным.
Но у Петра другое мнение. Сразу после его признания Иисус
продолжает учить Петра и его товарищей тому, что «Сыну Человеческому много должно пострадать, быть отвержену старейшинами, первосвященниками и книжниками, и быть убиту и в третий день воскреснуть» (Мк. 8:31). И именно Петр, который только что сказал, что Иисус — мессия, отводит его в сторону, чтобы
прекословить ему. Откуда это прекословие? Ему казалось, что
Иисус не понимает, что говорит. Если Иисус — мессия, то он,
конечно, не должен пострадать и умереть. Но Иисус точно знает,
о чем говорит, и понимает, что Петр воспринимает все неверно.
Более того, Петр ошибается настолько, что занимает позицию,
диаметрально противоположную Богу. Так возникает известный
ответный упрек, когда Иисус говорит своему главному ученику:
«Отойди от Меня, сатана, потому что ты думаешь не о том, что
Божие, но что человеческое» (Мк. 8:33). Петр, по-видимому,
всегда готов сказать то, что думает, и часто его строго отчитывают
за ошибочное мнение.
Или рассмотрим Евангелие от Иоанна, где Иисус во время
Тайной вечери со своими учениками перед арестом взял умывальницу с водой, препоясался полотенцем и стал умывать ноги
ученикам, подобно слуге, показывая им, как они должны действовать по отношению друг к другу (см.: Ин. 13:1-11). Однако когда наступила очередь Петра, тот сказал: «Не умоешь ног моих
вовек». Его позиция кажется правильной, но она опрометчива.
Если Иисус учитель, он может поступать так, как хочет, а то, что
он хочет, — это принять на себя роль слуги. Иисус тут же поставил Петра на место: «Если не умою тебя, не имеешь части со
Мною». Тогда Петр делает резкий поворот на 180 градусов: «Господи! не только ноги мои, но и руки и голову». У Петра всегда так:
или всё, или ничего.
Во всех Евангелиях безрассудное непостоянство Петра ярче
всего проявилось в его постыдном отречении от Иисуса. Поразительно, что перед этим событием он громко хвастает, утверждая,
что даже если в роковую ночь все остальные покинут Иисуса,
то он останется верным до конца (см.: Мк. 14:29), и что он хочет,
чтобы его посадили в тюрьму и убили ради Иисуса (см.:
Лк. 22:33). Иисус отвечает, что Петр трижды отречется от него.
Петр торжественно отрицает: «Хотя бы мне надлежало и умереть
с Тобою, не отрекусь от Тебя» (Мк. 14:31). Никогда не произносились более лживые слова. Когда наступил момент истины,
доблесть Петра исчезает. После ареста Иисуса Петр бесстыдно
объявляет — в трех случаях, — что он не знает его, боясь своей
причастности к обществу последователей Иисуса.

Отредактировано Блох Исаак Абрамович (2010-01-18 12:44:41)

38

Первоначально двенадцать учеников (и, вероятно, все остальные, кто следовал за Иисусом во время его служения) были иудеями, которые соблюдали иудейские
обычаи, поклоняясь иудейскому Богу, и считали Иисуса иудейским раввином, который дал надлежащее толкование иудейского
Закона, данного Моисеем.Разумеется тут мы не ставим цель -обсудить теологическую сторону вопроса. После смерти Иисуса те, кто обратился в христианскую веру и поверил, что он Сын Божий, умерший
за грехи мира, тоже были иудеями, которые видели в жизни
и смерти Иисуса исполнение обещаний, данных иудейским Богом в иудейском Священном Писании.
Иисуса казнили в Иерусалиме, и именно там самые первые
христиане (то есть те, кто признавал его Христом, смерть которого принесла Спасение) начали свою миссию обращения других
в веру в него. Сообщество последователей увеличивалось, и с ее
ростом возникла необходимость в руководстве. Естественными
руководителями стали те, кто знал Иисуса в течение его жизни
и кто мог засвидетельствовать его воскресение. Через какое-то
время в христианской церкви Иерусалима появились три главных руководителя: его главный ученик Петр; Иоанн, еще один из
внутреннего круга двенадцати; и земной брат Иисуса — Иаков.
Это произошло незадолго до того, как данное движение начало привлекать в свои ряды неиудеев. В конечном счете миссия последователей Иисуса заключалось в разъяснении того, что его
смерть принесла спасение всем, кто был отчужден от единственного истинного Бога. Это касалось всех людей на земле, поскольку все шли против воли Божьей — и иудеи, и язычники (то есть
неиудеи). Христианские миссионеры начали провозглашать спасение, принесенное Христом неиудеям, пытаясь обратить их из их
политеистических религий в веру, что только Богу Израиля следует поклоняться как Богу и что его сын, Иисус, умер за то, чтобы осуществить примирение людей с Богом.
Самым известным миссионером у язычников был, конечно,
не Петр, а апостол Павел. Павел и другие иудейские миссионеры столкнулись с множеством настоятельных вопросов, неся
весть о Христе язычникам (то есть тем, кто исповедовал многобожие). Если Иисус был сыном иудейского Бога и учил правильному взгляду на иудейский Закон своих иудейских последователей,
то разве все, кто поверил в Иисуса,не должны были стать иудеями?
Некоторые миссионеры и главы христианских общин настаивали
на том, что ответом является громкое и очевидное «да». Бог дал
свои обещания Израилю, и теперь весь мир мог наслаждаться
благами тех обещаний, которые были исполнены в лице иудейского мессии, Иисуса. Но чтобы следовать за иудейским мессией,
очевидно, нужно быть иудеем. И это предполагало соблюдение
иудейского Закона, записанного в Торе, Еврейской Библии, данной Моисеем. Это предусматривало обрезание для всех мужчин,
соблюдение законов о чистой пище, соблюдение Субботы, празднование иудейских праздников и т.п.
Но были и другие христианские лидеры, которые приняли другую сторону в этом споре и так же страстно утверждали, что для
того, чтобы стать последователями Иисуса, язычники не должны
непременно становиться иудеями. Павел был особенно ярым сторойником такого взгляда. Павел утверждал, что поскольку человек
не может быть оправдан перед Богом соблюдением иудейского Закона, то принуждение неиудеев соблюдать этот Закон не имеет
смысла. Совсем наоборот, те, кто думал, что, соблюдая Закон, они
улучшают свое положение перед Богом, совершенно неправильно
истолковывали евангельскую истину смерти и воскресения Христа, ибо только благодаря смерти Христа человек смог примириться с Богом. Соблюдение иудейского Закона в дополнение к вере
в Христа может подразумевать только то, что смерть Христа не достаточна для оправдания перед Богом. Для Павла, миссионера
язычников, такая мысль была богохульной.
Итак, какое отношение все это имеет к Петру в его более поздний период жизни? В послании Павла к христианам в Галатии
(нынешняя центральная Турция) описывается эпизод, связанный
с Петром, где отмечается его сохраняющееся непостоянство в актуальных тогда вопросах. Согласно Павлу, в сирийском городе
Антиохия находилась значительная по численности христианская община. Она состояла как из иудеев, так и из бывших язычников, уверовавших в Христа. Христиане-иудеи, очевидно, продолжали соблюдать свои собственные иудейские обычаи, язычники же не соблюдали требований Закона (кроме требований
поклоняться только Богу Израиля и избегать сексуальной распущенности). Неясно, встречались ли эти различные группы верующих Антиохии в одних и тех же местах или проводили отдельные
собрания (в тот период христиане встречались в больших домах
более богатых членов своей общины, а не в церковных зданиях).
Павел, сам иудей, был связан с обеими группами, — почему бы
и нет? Христианское спасение пришло в равной степени как к иудеям, так и к язычникам.
Согласно рассказу Павла, Петр приехал в Антиохию и старался всем угодить, встречаясь как с иудеями, так и с язычниками
(см.: Гал. 2:11-12). Для строгих иудеев (нехристиан) такого рода
практика могла привести к серьезным проблемам, начиная с того,
что совместная трапеза с язычниками влекла за собой несоблюдение правил приема чистой пищи. Сначала Петр, подобно Павлу,
не видел в этом проблемы. В конце концов, для спасения имели
значение не правила приема кошерной пищи, а смерть мессии.
Но потом из Иерусалима пришли другие иудео-христиане. Они
были близкими товарищами брата Иисуса, Иакова, который в то
время был, очевидно, высшим авторитетом христианской церкви
в Иерусалиме. Эти пришельцы не соглашались со взглядами Павла на язычников, придерживаясь той точки зрения, что для них
важно соблюдать иудейский Закон, если они собираются стать последователями иудейского мессии. Петр, по-видимому, попал в несколько затруднительное положение: как ему вести себя в новой
ситуации? Должен ли он продолжать общаться с язычниками или
из уважения к иерусалимским гостям ему следует воздержаться от
нарушения иудейских законов, в которых он был воспитан? Петр
решил, что лучше не отталкивать гостей из Иерусалима. Он перестал общаться с христианами-неиудеями и ел только с христианами-иудеями, соблюдая правила приема чистой пищи.
Справедливости ради надо сказать, что, возможно, Петр старался просто не оскорбить кого-нибудь, обладавшего большей
чувствительностью, чем его собственная. Но Павел не считал это
выходом (хотя, возможно, к тому времени Петр привык к подобному поведению), и он высказал серьезный публичный упрек:
«Но когда я увидел, что они не прямо поступают по истине Евангельской, то сказал Петру при всех: если ты, будучи Иудеем, живешь по-язычески, а не по-иудейски, то для чего язычников при-
нуждаешь жить по-иудейски?» (Гал. 2:14). Логика мысли Павла
заключалась в том, что, когда Петр отошел от практики трапез
с язычниками, он показал, что в глубине души верит, что соблюдение иудейского Закона имеет значение для оправдания перед
Богом. Но если это так, то раньше он вел себя лицемерно. Поэтому он либо прежде лицемерил, либо лицемерит теперь — в любом случае налицо непостоянство, и это нехорошо.
Мы не знаем, как разрешился данный спор. Это один из тех
случаев, когда мы слышим только одну сторону спора, и нельзя
твердо предположить, что сторона, которая рассказывает о нем,
является стороной победившей. Однако в данном инциденте есть
нечто замечательно логичное. Петр, снова действуя опрометчиво,
не продумывая последствий, передумал, раскаялся в своем поведении и был осужден за это. Камень опять показали песком.

Отредактировано Блох Исаак Абрамович (2010-01-19 19:31:33)

39

Блох Исаак Абрамович написал(а):

Единственная как-то сохранившаяся прямая оценка Павла...

Так-так--так...Это становится интересно!Глубокоуважаемый знаток,милейший Исаак Абрамович! А как же быть с ДВУМЯ посланиями ап.Петра в новом завете...Это называется ни строчки?

40

В Первом послании Петра утверждается, что его автор — «Петр, Апостол Иисуса Христа» (1 Пет. 1:1), и что оно обращено к христианам, «рассеянным» в некоторых регионах Малой Азии (современная Турция): Понте, Галатии, Каппадокии, Асии и Вифинии.Из самого послания не ясно, были ли его адресаты действительно изгнаны из своей родины или, по замыслу автора, термин «рассеянные» использовался метафорически: так как реальное гражданство христианина — рай, жизнь на земле — лишь временное пристанище.Последняя интерпретация отвечает той ситуаци, с которой столкнулись адресаты послания, поскольку ясно, что христиане к которым оно было обращено, претерпевали преследования за свою христианскую веру, и ясно что, по убеждению автора им предстоит перенести еще большие страдания. Стоит обратить внимание на то, что термин «страдание» употребляется в этой короткой книге с пятью главами чаще, чем в любой другой книге Нового Завета, включая Евангелие. Что же это за страдания,которые испытывали христиане?Некоторые утверждали, что Первое послание Петра имеет в виду преследования христиан императором Нероном. Как мы знаем из работ римских историков, Нерон хотел осуществить в Риме некоторые архитектурные проекты, но этому препятствовал тот факт, что Рим уже был построен (Тацит. Анналы, 15). И поэтому он принял меры, чтобы поджигатели спалили дотла часть города в большом пожаре 64 года, оставившем после себя много тысяч бездомных. Когда народные массы начали подозревать в поджоге Нерона, император решил обвинить когонибудь другого и посчитал, что христиане могут послужить «козлами отпущения», так как их уже и так повсеместно ненавидели.Он устраивал облавы на христиан, публично пытал и казнил по обвинению в поджоге. Это — первый зафиксированный случай того, какримский император преследовал христиан.Одйако есть причины полагать, что Первое послании имеет в виду не страдания христиан при Нероне. Прежде всего,данное преследование распространялось только на христиан,проживавших в Риме. Оно не было предприятием в масштабах всей империи. Между тем адресаты Первого послания Петра живут не в Риме, а в провинциях Малой Азии. Кроме того, христиане, преследуемые Нероном, были осуждены не за то, что они христиане; они были осуждены за преступление поджога (хотя эти обвинения были ложными). Адресаты же Первого послания Петра,как сказано в нем, страдали «за имя Христово» 14 Если злословят вас за имя Христово, то вы блаженны, ибо Дух Славы, Дух Божий почивает на вас. Теми Он хулится, а вами прославляется.(1Пет.4:14) . Кроме того, их страдания были вызваны не действиями имперских властей, а возникли на уровне широких масс, так как бывшие друзья христиан (и члены их семей?) озлобились из-за того, что христиане больше не участвуют в религиозной и гражданской жизни своих сообществ, а основали свою собственную закрытую социальную группу-3 Ибо довольно, что вы в прошедшее время жизни поступали по воле языческой, предаваясь нечистотам, похотям (мужеложству, скотоложству, помыслам), пьянству, излишеству в пище и питии и нелепому идолослужению;4 почему они и дивятся, что вы не участвуете с ними в том же распутстве, и злословят вас.5 Они дадут ответ Имеющему вскоре судить живых и мертвых.(1Пет.4:3-5). Наконец, автор послания неосуждает государственных чиновников за любое суровое обращение с христианами. Напротив, он, по-видимому, полагает, что правительство настроено вознаграждать тех, кто ведет себя хорошо,и наказывать только тех, кто не повинуется законам :13 Итак будьте покорны всякому человеческому начальству, для Господа: царю ли, как верховной власти,14 правителям ли, как от него посылаемым для наказания преступников и для поощрения делающих добро, 15 ибо такова есть воля Божия, чтобы мы, делая добро, заграждали уста невежеству безумных людей, (1Пет.2:13-15). ситуация адресатов послания не связана с официальными преследованиями со стороны властей. Эти люди страдают потому,что на них нападают прежние друзья и коллеги, которые не могут понять, почему они изменили свои взгляды и принимают участиев новом  обществе христиан. Автор убеждает своих читателей, чтобы они стойко встретили страдания, так как они должны страдать, как страдал их Учитель, сам Христос:13 но как вы участвуете в Христовых страданиях, радуйтесь, да и в явление славы Его возрадуетесь и восторжествуете.(1Пет.4:13). Соответственно он настаивает, что они страдают не за то, что делали что-то не так, а лишь за то, что делали праведное.То есть они не должны нарушать закон или совершать что-либо еще, что оправдывало бы наказание,МОГЛО ЛИ ЭТО ПРИДТИ В ГОЛОВУ ГАЛИЛЕЙСКОМУ РЫБАКУ? Тогда, если они пострадают только за то, что они христиане, они могут высоко держать свою голову как те, кто страдает несправедливо. Вероятно, именно поэтому автор убеждает их вести моральную, честную жизнь 14 Но если и страдаете за правду, то вы блаженны; а страха их не бойтесь и не смущайтесь.15 Господа Бога святите в сердцах ваших; [будьте] всегда готовы всякому, требующему у вас отчета в вашем уповании, дать ответ с кротостью и благоговением.16 Имейте добрую совесть, дабы тем, за что злословят вас, как злодеев, были постыжены порицающие ваше доброе житие во Христе.17 Ибо, если угодно воле Божией, лучше пострадать за добрые дела, нежели за злые; 1 Пет. 3:14-17; или:14 Если злословят вас за имя Христово, то вы блаженны, ибо Дух Славы, Дух Божий почивает на вас. Теми Он хулится, а вами прославляется.15 Только бы не пострадал кто из вас, как убийца, или вор, или злодей, или как посягающий на чужое;(1Пет.4:14,15) они должны показать миру, что несмотря на подозрения против них, они честные граждане, которые не вредят никому, а своим присутствием приносят обществу пользу,В ЧАСТНОСТИ МОЛЯТСЯ ЗА ЗДРАВИЕ ИМПЕРАТОРА И ПРИНОСЯТ ЗА ЕГО ЖЕРТВЫ. Автор,видимо, надеется на то, что благородное, моральное поведение христиан убедит и других людей обратиться в веру:11 [color=green]Возлюбленные! прошу также и вы, жены, повинуйтесь своим мужьям, чтобы те из них, которые не покоряются слову, житием жен своих без слова приобретаемы были,(1Пет.3:1). Последователи Христа не должны быть асоциальными, они должны стремиться объяснить свое поведение и веру всякому, кто попросит об этом:13 Итак будьте покорны всякому человеческому начальству, для Господа: царю ли, как верховной власти,14 правителям ли, как от него посылаемым для наказания преступников и для поощрения делающих добро, -15 ибо такова есть воля Божия, чтобы мы, делая добро, заграждали уста невежеству безумных людей, -(1Пет.2:13-15) или:15 Господа Бога святите в сердцах ваших; [будьте] всегда готовы всякому, требующему у вас отчета в вашем уповании, дать ответ с кротостью и благоговением.16 Имейте добрую совесть, дабы тем, за что злословят вас, как злодеев, были постыжены порицающие ваше доброе житие во Христе.17 Ибо, если угодно воле Божией, лучше пострадать за добрые дела, нежели за злые;(1Пет.3:15-17) .Автор изо всех сил старается подчеркнуть, что хотя его читатели испытывают страдания и могут ожидать еще больших страданий, они высоко привилегированны. Когда они покинули свои прежние социальные миры, они присоединились к новой семье веры, родились заново 3 Благословен Бог и Отец Господа нашего Иисуса Христа, по великой Своей милости возродивший нас воскресением Иисуса Христа из мертвых к упованию живому,(1Пет.1:3) или: 23 [как] возрожденные не от тленного семени, но от нетленного, от слова Божия, живаго и пребывающего вовек.(1Пет.1:23), поэтому теперь их Отец — сам Бог 14 Как послушные дети, не сообразуйтесь с прежними похотями, бывшими в неведении вашем,… …17 И если вы называете Отцем Того, Который нелицеприятно судит каждого по делам, то со страхом проводите время странствования вашего,(1 Пет. 1:14,17). Они могут гордиться тем, что они избранный народ :9 Но вы - род избранный, царственное священство, народ святой, люди, взятые в удел, дабы возвещать совершенства Призвавшего вас из тьмы в чудный Свой свет;(1Пет.2:9) , особенные в этом мире, потому что только они родились от Святого Духа и искуплены кровью Христа :2 по предведению Бога Отца, при освящении от Духа, к послушанию и окроплению Кровию Иисуса Христа: благодать вам и мир да умножится.(1Пет.1:2) или:19 но драгоценною Кровию Христа, как непорочного и чистого Агнца,(1Пет.1:19).Первое послание Петра в ранней Церкви считалось настолько своевременным, настолько полным убедительных советов о том,как преодолеть страдания, что было повсеместно и с энтузиазмом принято христианами как написанное самим Петром.

41

Но некоторые нашли-основания сомневаться в авторстве Петра и склонится к мнению, что здесь (как и в «Евангелии от Петра»,двух «Апокалипсисах Петра», «Послании Петра Филиппу» и всех так называемых писаниях Петра) мы имеем дело с произведением, написанным от его имени другим человеком.Следует отметить, что мы не знаем ничего, что связывает исторического Петра с христианами в Малой Азии, к которым обращено послание. Мы знаем о его жизни в Иерусалиме, Антиохиии, Риме — в трех областях, где он, по-видимому, осуществлял свою миссионерскую деятельность. А Малая Азия? Она была епархией Павла. Конечно, Петр, возможно, ходил также и туда, но Павел ясно и решительно говорит нам, что он и Петр разделили поле деятельности: работа Петра была среди иудеев, а его — среди язычников :7 Напротив того, увидев, что мне вверено благовестие для необрезанных, как Петру для обрезанных (Гал.2:7) . Кем же были адресаты этого послания? Язычники, а не иудеи:1 Еще скажу: наследник, доколе в детстве, ничем не отличается от раба, хотя и господин всего:2 он подчинен попечителям и домоправителям до срока, отцом [назначенного].3 Так и мы, доколе были в детстве, были порабощены вещественным началам мира;4 но когда пришла полнота времени, Бог послал Сына Своего (Единородного), Который родился от жены, подчинился закону,5 чтобы искупить подзаконных, дабы нам получить усыновление.(Гал.4:1-5).Еще более важным является  вопрос о том, могла ли подобная книга быть написана Петром. Как думается ,сам Петр говорил на арамейском языке, он был рыбаком из низшего сословия, из сельской Галилеи. Нет никаких сведений, дающих возможность предположить, что кто-то в подобной социально-экономической ситуации мог пойти в школу,чтобы научиться там читать и писать. С другой стороны, данное послание написано на греческом языке высокого уровня, написано человеком, который свободно владел этим языком и, кроме того, был полностью проникнут Еврейским Священным Писанием в его греческом переводе. Конечно, чисто гипотетически можно предположить, что после воскресения Иисуса Петр посещал школу, брал уроки греческого, проделал углубленную работу по изучению греческой литературы и письменности, овладел Еврейской Библией на греческом, а затем сочинил подобное послание для группы людей, которым иначе он, как известно, не служил.Но это кажется маловероятным.Тем не менее, почему кто-то утверждал, что послание написал Петр? Первое, что приходит на ум, — в античное время было вполне обычным делом при написании книг выдавать себя за другую личность. Такое происходило много раз, хотя подобная практика широко осуждалась в языческих, иудейских и христианских  кругах,Было несколько причин, по которым автор в античное время мог утверждать, что он кто-то иной. Что касается раннехристианской литературы, чаще всего это позволяло привлечь внимание к собственным взглядам. Если вы полагаете, что вам необходимо сказать нечто важное, и хотите, чтобы люди услышали вас, то как еще лучше сделать это, если не утверждать,что вы кто-то знаменитый, например Главный ученик Иисуса?
Помыслы реального автора Первого послания Петра, наверное, были чистыми, как только что выпавший снег. Вероятно, он осознавал, что христиане в общинах Малой Азии и в других местах испытывали трудности из-за своей веры, и хотел утешить,поддержать их в их страданиях, ободрить, чтобы они сохраняли стойкость и мужество. Кто лучше уверит их в необходимости страдать, уверит в том, что они страдают за праведное, если не апостол Петр?Возможно, у этого произведения был также дополнительный мотив. Одна из собенностей Первого послания Петра, которая удивляла всегда, — насколько сильно описание страданий и смерти Иисуса здесь созвучно учению апостола Павла. Есть некоторые формулировки, которые можно принять за абсолютно Павловы: «Он грехи наши Сам вознес телом Своим на древо, дабы мы, избавившись от грехов, жили для правды: ранами Его вы исцелились» (1 Пет. 2:24); «потому что и Христос, чтобы привести нас к Богу, однажды пострадал за грехи наши, праведник за неправедных, быв умерщвлен по плоти,но ожив духом» (1 Пет. 3:18) и так далее. Из других источников мы знаем (например, из работ самого Павла — сравните: 11 Когда же Петр пришел в Антиохию, то я лично противостал ему, потому что он подвергался нареканию.12 Ибо, до прибытия некоторых от Иакова, ел вместе с язычниками; а когда те пришли, стал таиться и устраняться, опасаясь обрезанных.13 Вместе с ним лицемерили и прочие Иудеи, так что даже Варнава был увлечен их лицемерием.14 Но когда я увидел, что они не прямо поступают по истине Евангельской, то сказал Петру при всех: если ты, будучи Иудеем, живешь по-язычески, а не по-иудейски, то для чего язычников принуждаешь жить по-иудейски?(Гал.2:11-14) ,что у Петра и Павла иногда имелись [b]разногласия[/b]. Могла ли отчасти цель этого послания состоять в том, чтобы показать, что два великих апостола совершенно одинаково смотрели на важные вопросы? Это вполне вероятно: другие авторы также старались описывать этих двух апостолов как находившихся в полном согласии, в том числе и автор новозаветных Деяний апостолов (посмотрите сами:Деян. 15).

42

Второе послание Петра
Некий человек, стремившийся показать, что Петр и Павел находились, так сказать, «на одной длине волны», стал автором так называемого Второго послания Петра в Новом Завете. В этом  случае наблюдается меньше разногласий: кто бы ни написал Второе послание Петра, это был не Симон Петр, ученик Иисуса.В отличие от Первого послания, Второе послание Петра не было широко принято или даже известно в ранней Церкви. Впервые явная ссылка на эту книгу делается примерно в 220 году, то есть спустя почти 150 лет после того, как она была предположительно написана. В конце концов ее несколько неохотно включили в канон, поскольку главы Церкви более поздних, III и IV веков приняли, что она была написана самим Петром. Но это наверняка было не так.В Послании говорится преимущественно о лжеучителях и их пагубном влиянии на «истинных» верующих в Христа. Автор яростно критикует противников, хотя и не сообщается о том, чему же именно они учат. Он делает страшные предупреждения тем, кто«введет пагубные ереси», кто отвергает «искупившего их Господа» и кто «навлечет сам на себя скорую погибель». Эти лжеучителя следуют своему «разврату», и «через них путь истины будет в поношении» (2 Пет. 2). Автор продолжает и далее говорить об этих людях много негативного. Как уже давно выяснили ученые, большая часть использованных им поношений заимствована, фактически всей массой, из другой книги, которая также вошла в Новый Завет, — из Послания Иуды. В этом состоит один из доводов датировать  Второе послание Петра несколько позже, примерно 120 годом; кроме того, в нем есть отсылка к другим посланиям, которые были написаны, по-видимому, примерно в концеI века.Одно из серьезных заблуждений этих нечестивых учителей, по мнению автора, состоит в искажении посланий «возлюбленного брата нашего» Павла, «в которых есть нечто неудобовразумительное , что невежды и неутвержденные, к собственной своей погибели, превращают, как и прочие Писания» (2 Пет. 3:16). Другими словами, этот автор писал, когда уже были собраны послания Павла, считавшиеся Священным Писанием. Здесь еще одна причина предполагать, что книга возникла в начале II века. Показательно, что автор широко пользуется библейским авторитетом Павла, и здесь мы наблюдаем примирение между двумя главными апостолами.
Автор Второго послания особенно обеспокоен по поводу «наглых ругателей», которые насмехаются над христианской идеей о том, что скоро придет конец света, как предсказано святыми пророками и по заповеди Господа и Спасителя, переданной «Апостолами вашими» (2 Пет. 3:2). (Мог ли сам Петр говорить об «Апостолах ваших»? Разве он не был первым и одним из них?) Но так как конец света не наступал, иные неверующие начали посмеиваться над этим. Однако для автора послания данный вопрос не предмет для смеха ибо так же, как когда-то мир был уничтожен потопом в дни Ноя, он будет погублен огнем в грядущие дни (см.: 2 Пет. 3:1-7).И не стоит думать, что конец света придет не скоро только по тому, что до сих пор он не наступил. Ведь план Бога — не наш план,и когда Бог говорит, что всё скоро произойдет, он меряет «скоро»своими мерками. Мы никогда не должны забывать, по словам автора, что «у Господа один день, как тысяча лет, и тысяча лет, как один день» (3:8). Даже если конец наступит через пять тысяч лет, тем не менее это то же самое, что «немедленно».В данном случае перед нами послание, написанное от имени Петра христианином в начале II века. Он критикует лжеучителей своей общины, старается убедить своих читателей стойко держаться веры и ждать великого Божьего суда, который, несомненно, свершится — если не скоро по нашим меркам, то скоро,по крайней мере, по меркам Бога.

43

А что,апокрифы не выявляют реального Петра?

44

Была ли еще в истории христианства личность, вокруг которой разгоралось бы столько споров, как вокруг апостола Павла?
Именно новое понимание посланий Павла заставило Мартина Лютера отколоться от Католической церкви, что привело к протестантской Реформации и разделению христианского мира, которое продолжается до нашего времени. Церкви всех видов спорят по поводу учения Павла: одни настаивают на том, что в своих текстах Павел выступает против посвящения женщин в духовный сан, в то время как другие доказывают прямо противоположное;одни заявляют, что в своих посланиях он осуждает однополые отношения, другие утверждают обратное; одни доказывают, что в его посланиях поддерживаются западные формы капитализма, в то время как другие говорят, что верно противоположное,обзор первоисточников о Павле (и о том, кто может претендовать на правильное его понимание) не являются продуктом лишь нашего времени: они восходят ко времени создания Нового Завета. Во Втором послании Петра говорится о тех (гностиках?), кто «превращает» смысл посланий Павла «к собственной своей погибели» (2 Пет. 3:16).Это, должно быть, означало, что как автор Второго послания Петра, так и христиане, против которых он выступал, обращались к авторитету Павла для отстаивания своих взглядов. С другой стороны, существовали христианские группы, которые не хотели иметь с Павлом ничего общего, как это видно, например, в «Послании Петра Иакову», связанному с «Псевдо-Климентинами»,где «Петр» (то есть неизвестный автор, назвавшийся Петром)упоминает об апостоле язычников как о «человеке, который является моим врагом». Впрочем, нет необходимости обращаться к текстам II века,чтобы увидеть это противостояние. Уже при жизни Павла у него было большое количество врагов. И часто они имелись в тех самих христианских общинах, которые он сам и основал, среди его собственных обращенных. В церквах Галатии были христиане,которые настаивали на том, что Павел неправильно понимал благую весть о Христе, когда утверждал, что мужчины-язычники не должны делать обрезание, чтобы принадлежать народу Божьему.Павел, доказывали они, относительно поздно пришел к вере и извратил первоначальное евангельское учение. В других местах, например, в церквах Коринфа, некоторые считали, что Павел располагает лишь элементарным пониманием веры, которую могли бы провозгласить другие верующие, обладающие гораздо боль-
шей духовной силой и красноречием. По мнению этих «лжеапостолов» (как их называет Павел), он «в личном присутствии слаб,и речь [его] незначительна» (2 Кор. 10:10). Идеи Павла часто считали опасными: Послание Иакова в Новом Завете, видимо, на-
правлено против учения Павла (или, по крайней мере, против толкования его учения другими), утверждавшего, что человек оправдан перед Богом «верой одной, а не делами».
   Если Павел не имел в виду что-то другое, то здесь возникает противоречие. Именно потому, что различные группы христиан привлекали его имя для поддержки своих, часто противоположных взглядов, историки естественно задались вопросом, а во что
на самом деле верил и чему учил Павел.Как мы видели в ситуации с Петром, это важный вопрос для исследований, он далеко не единственный. ВажНО также понять,как различные группы! описывали жизнь и учение Павла, ибо это также предусматривает ряд вопросов исторического характера:не обязательно об историческом Павле, каким он на самом деле был, а о том Павле, каким его помнили.В далее мы будем исследовать оба ряда вопросов.Как и в разделе о Петре начну с замечания, что когда дело доходит до попытки отделить реального, исторического(!) Павла от Павла, выявляются проблемы с первоисточниками. Поэтому нужно привести множество описаний Павла, исторического и легендарного, начиная с первых веков существования Церкви.
Как различить то, что действительно происходило в жизни Павла,и то, что дошло до нас в виде благочестивых преданий? В одном древнем тексте рассказывается, как во время одного из своих миссионерских странствий Павел прибыл на остров Кипр, где встре-
тил некоего мага, который был «еврейским лжепророком по имени Вариисус (буквально «сын Иисуса»; он известен также под именем Елима) и пользовался благосклонностью местного римского чиновника Сергия Павла. Вариисус боялся, что Сергий Павл обра-
тится и станет последователем Иисуса, после чего он потеряет своего покровителя. Поэтому он пытался помешать ему принять учение, которое проповедовал Павел. Когда Павел понял суть происходящего, он выступил против Вариисуса и сказал ему: «И ныне
вот, рука Господня на тебя: ты будешь слеп и не увидишь солнца до времени». И тут же лжепророк был поражен слепотой.Сравним это с другой историей. Павел находился в Риме, укрепляя там христиан в вере. Перед отъездом в Испанию, чтобы проповедовать там Евангелие, он провел с верующими прощальную евхаристическую трапезу. Одна из женщин, которая вышла вперед, чтобы причаститься, была нераскаявшаяся грешница по имени Руфина. Павел остановил ее со словами: «Руфина, не приближайся к алтарю Божьему как верующая, ибо ты встаешь не со стороны мужа, а со стороны прелюбодея, и ты все же пытаешься получить евхаристию Божью». Он угрожал ей вечным наказанием, что привело к весьма ощутимому результату: «Руфина тут же ослабела, будучи парализованной в левом боку с головы до пят. И при этом она не могла больше говорить,ибо язык ее был связан».Обе истории указывают на то, что Павел — апостол, с которым шутки плохи. Действительно ли произошли обе эти истории или хотя бы одна из них? Возможно, читатели удивятся, узнав, что первый эпизод встречается в новозаветной книге Деяний апостолов(13:6), а другой — в первой части «Деяний Петра» (главы 1-2).Или же рассмотрим два сопоставимых между собой эпизода с оживлением умершего. В одном повествовании Павел проповедовал группе верующих в городе Троада, в верхней комнате дома.Его проповедь затянулась на долгое время. Один христианин по имени Евтих сидел при этом на окне третьего этажа дома; около полуночи он заснул и выпал из окна, разбившись насмерть. Однако Павел сошел вниз к трупу, обнял его и объявил, что он жив.И вот, Евтих восстал из мертвых. Павел, совершенно невозмутимый, возвращается в верхнюю комнату, где продолжает проповедовать до рассвета (см.: Деян. 20:7-11). Может показаться, что данный эпизод взят из преданий, однако он присутствует в новозаветной книге Деяний апостолов.Тем не менее так ли уж он отличается от повествования о воскрешении Патрокла, слуги императора Нерона, который тоже,как рассказывается, слушал Павла поздно вечером, на этот раз —в амбаре? Патрокл тоже заснул, выпал из окна и разбился на смерть. Весть об этом дошла до Нерона, который очень любил мальчика, но Павел снова спас положение, приказав собравшимся верующим оплакивать смерть мальчика перед Богом так, что бы тот мог ожить. И далее все идет как надо: Патрокл ожил и вернулся к своему господину, Нерону. Как я уже отмечал в более ранней главе, хотя историю с Патроклом можно сравнивать в разных отношениях с тем, как возвратили к жизни Евтиха, она встречается не в канонической книге, а в апокрифических «Деяниях Павла» II века.
И последний пример берем из рассказов о преследованиях Павла со стороны его врагов. Павел проповедовал Евангелие в городе Листра, когда его враги из числа иудеев возбудили против него толпу. Павла насмерть побили камнями, выволокли из горо-
да и бросили. Но вокруг него собрались его последователи, и он оживает, чтобы повести их в следующий город, снова и снова возвещать благую весть, как будто ничего не случилось. Вот — человек, которому невозможно воспрепятствовать.Существует ли более захватывающая история, чем рассказо том, как Павла бросили к диким зверям в городе Эфесе! Этот специфический текст по общему признанию немного странен,но ведь все невероятные истории странные, независимо от того,встречаются они в Библии или в других текстах. В данном сюжете на Павла натравили свирепого льва; однако Павел и лев узнают друг друга. Это оказался тот самый лев, которого Павел ранее встретил в пустыне, где тот попросил апостола (человеческим голосом) крестить его. И теперь, когда они встретились на Форуме,лев, разумеется, не тронул своего учителя. Бог посылает ливень,который убивает всех остальных диких зверей (и множество людей), а Павел и лев сбегают: Павел — чтобы проповедовать благую весть в других странах, а лев — чтобы вернуться в свою природную среду обитания.Конечно, этот рассказ из области преданий. Но, возможно, мы не должны слишком торопиться и утверждать, что это просто более поздняя выдумка, в то время как все тексты в Новом Завете основаны на достоверных фактах. Разве во всех историях вокруг имени апостола Павла не наблюдаются как исторические, так и легендарные черты? Разве мы не сталкиваемся с той же ситуацией, как и в случае с Петром, когда есть исторические записи,есть предания, и есть истории, которые, вероятно, представляют собой сочетание и того, и другого?

Отредактировано Блох Исаак Абрамович (2010-02-23 19:11:51)

45

В отношении переплетения истории и преданий мы действительно в весьма значительной степени находимся в той же ситуации,как и с Петром, но с одним очень важным отличием: мы имеем ряд сохранившихся, собственноручно написанных посланий Пав-
ла, которые обеспечивают нас неопровержимыми историческими сведениями об апостоле язычников, то есть тем, чего нам, к сожалению, недоставало в отношении Петра.Так в Новом Завете есть тринадцать посланий, которые считаются написанными Павлом,
кроме того, существует группа посланий не из Нового Завета,включая «Третье послание к Коринфянам» (в Новом Завете содержатся Первое и Второе послания к Коринфянам), несколько посланий, адресованных римскому философу Сенеке (и несколько посланий Сенеки — Павлу), а также послания христианам в городе Лаодикия. Конечно, в данном отношении мы находимся в более выгодной исследовательской ситуации, чем имея дело
с Петром или даже с Иисусом. Ни Петр, ни Иисус не оставили нам какого-либо текста, а вот Павел, очевидно, оставил.Однако для того, чтобы с помощью этих текстов узнать что-либо об историческом Павле, необходимо иметь в виду несколько предостережений. Как и в случае с Петром, важнее всего, что множество текстов, претендующих на то, что они написаны Павлом, в действительности были написаны не им, а являются псевдо эпиграфами (несколько напыщенное название подделок). Это,безусловно, верно для всех текстов не из Нового Завета. Ни одно из таких посланий Павла (например, «Третье послание к Коринфянам» и послания Сенеке) в действительности не принадлежали ему, о чем ученые знают уже в течение многих столетий: эти послания предполагают обстоятельства, весьма отличные от тех,с которыми имел дело Павел, когда писал спустя примерно 20-30 лет после смерти Иисуса, в основном же — в 50-е годы, можно сказать о тринадцати посланиях в Новом Завете,которые, как утверждается, написаны Павлом? Перед каждым,кто пытается реконструировать то, что проповедовал исторический Павел, эти послания ставят три проблемы.Первая проблема связана с попытками узнать, какие послания вышли из-под руки Павла. В некоторой степени эта проблема отличается от той, с которой мы имели дело, изучая тексты, имеющие отношение к Петру, поскольку там мы не были уверены, что он вообще умел писать. Павел, по крайней мере, был хорошо образован, поэтому он мог писать и действительно писал. Но в ранней Церкви циркулировало много текстов, написанных от его имени. Как решить, какие из них написал он? Следует подчеркнуть, что нет сомнения, могли ли ранние христиане приписать авторство посланий Павлу. Мы знаем, что христиане приписывали
ему авторство, например «Третьего послания к Коринфянам»,в котором критикуются идеи докетических христологий, появившихся в начале-середине II века, через несколько десятилетий после смерти Павла, или посланий, которыми он якобы обменивался с философом Сенекой, возникших примерно через триста лет после того, как они оба умерли.естъ надежные доказательства, позволяющие предполагать, что уже в период создания Нового Завета были христиане,которые приписывали послания иных авторов Павлу. Одно из таких доказательств содержится в послании, где заявляется, что оно
написано Павлом (Второе послание к Фессалоникийцам). В нем автор предостерегает своих читателей относительно циркулирующего послания от его имени, которое сам он в действительности не писал (2 Фес. 2:2). Ирония заключается в том, что множество
ученых и без того приходят к мнению, что Павел не создавал Второго послания к Фессалоникийцам. А их мнение основано на том твердокаменном аргументе, что в I веке существовали подделки под послания Павла. Либо Второе послание к Фессалоникийцам
написано самим Павлом, и он знал о ходившей повсюду подделке, которая была сочинена от его имени, либо Второе послание к Фессалоникийцам принадлежит не Павлу, и оно само является подделкой. В любом случае получается, что были подделки, надписанные от имени Павла.Один из важных вопросов состоит в том, вошла ли какая-либо
из подобных подделок в Новый Завет. Мы всегда должны помнить, что Новый Завет возник как каноническое собрание священных текстов только через столетия после того, как были написаны сами вошедшие в него книги1. Люди, принимавшие решения о том, что включать в Новый Завет, не были высокообразованными учеными или искушенными литературоведами. Живя через столетия после того, как эти книги были написаны, они ча-
сто не имели средств для точной оценки, был ли предполагаемый автор книги ее настоящим создателем. Может показаться странным, но в распоряжении современных ученых имеется гораздо больше средств для выявления древних подделок, так как сегодня
есть сложные методы литературного анализа, словари с указателями и справочники с грамматическими и стилистическими предпочтениями, поисковые системы данных и т.д.
Для наших целей достаточно понять, что почти все ученые убеждены в том, что из тринадцати приписываемых Павлу посланий Нового Завета семь — бесспорно, его: Послание к Римлянам, Первое и Второе послания к Коринфянам, Послание к Галатам, Послание к Филиппийцам, Первое послание к Фессалоникийцам и Послание к Филимону.
Остальные шесть посланий отличаются от этих бесспорных семи иногда весьма значительно, иногда менее значительно, но заметно. Различия связаны: 1) со словарем и используемым в посланиях (или не используемым) стилем письма: каждое послание об-
ладает отличительным стилем письма, и можно выделить стилистические характеристики, чтобы понять, действительно ли в тексте используется стиль предполагаемого автора; 2) с представленными в посланиях теологическими точками зрения: некоторые спорные послания, очевидно, противоречат теологии бесспорных посланий; 3) с исторической ситуацией, создающей фон послания: некоторые из посланий предполагают обстоятельства,которые возникли после смерти Павла, и т.д.По-видимому, сомнительные послания — к Ефесянам, к Колоссянам, Второе послание к Фессалоникийцам, Первое и Второе послания к Тимофею и Послание к Титу — написаны более поздними христианами, которые использовали имя Павла, чтобы распространять свои собственные взгляды, что очень похоже на то,как приписывали авторство Петра таким произведениям, как«Евангелие от Петра», «Послание Петра к Филиппу» и «Апокалипсис Петра».

46

В таком случае будет весьма полезно обсудить спорные послания Павла, чтобы понять, каким Павла помнили спустя годы после его смерти, хотя для выяснения того, что про-
поведовал сам Павел, такое обсуждение менее эффективно.Однако даже бесспорные послания Павла иногда ставят перед нами вопросы. В текстах есть места, где более поздние переписчики,по-видимому, вставили свой материал, которого первоначально
не было. Этот вставленный материал невозможно использовать для того, чтобы установить, что говорил или думал сам Павел,но он показывает нам, какие идеи хотели приписать Павлу более поздние христиане.Вот лишь один пример. В важном тексте из Первого послания к Коринфянам, послания, которое бесспорно написал сам Павел,
он настаивает на том, чтобы женщины «молчали» в церквах, «ибо не позволено им говорить» (1 Кор. 14:34). Это ключевой отрывок в спорах о роли женщин в Церкви современного мира: могут ли женщины, например, быть рукоположены в духовный сан? Конечно нет, если им не позволено даже говорить. Но, как оказывается, существуют весьма убедительные основания полагать, что эти стихи в главе 14 Первого послания к Коринфянам написаны не Павлом, а были добавлены позже переписчиком, который хо-
тел, чтобы апостол был на стороне тех, кто считал, что женщины не должны участвовать в богослужениях в качестве активных членов церковного собрания.Одной из причин, по которым ученые оценивают данную точку зрения как убедительную, является то обстоятельство, что тремя главами ранее Павел пишет, что когда женщины молятся
и пророчествуют в церкви, они должны делать это с покрытой головой.
Трудно понять, как Павел может допускать в главе 11, что для женщин приемлемо говорить, если он собирается отрицать это в главе 14. Более того, если убрать указанные стихи из главы 14 (то есть если предположить, что первоначально их там не было), то отрывок звучит намного лучше: непосредственно перед этим Павел говорит о пророках в церкви и чуть позже он продолжает говорить о пророках. Особенно впечатляет то, что есть некоторые рукописи Первого послания к Коринфянам, где эти самые стихи встречаются в другом месте текста — как будто первоначально они были примечанием на полях, сделанным переписчиком, а другие переписчики, копировавшие рукопись позже, поместили его в другое место. По этим и другим причинам представляется, что сам Павел не писал о том, что женщины должны молчать в церкви. Очевидно, это важно для тех, кто хочет понять взгляды Павла на женщин.

47

Еще проблема, вызываемая посланиями Павла при выяснении того, чему он учил и во что верил. Даже если ограничиться бесспорными посланиями в избавленной от вставок форме, необходимо осознавать, что все они являются текстами написанными по определенным поводам.  Имеется в виду, что посланйя возникли по поводу определенных событий. Такое понимание обстоятельств создания каждого из посланий влияет на то, как следует его интерпретировать.
     Все сохранившиеся тексты Павла фактически были частями посланий, то есть письмами, которые Павел отправлял адресату с помощью древнего эквивалента почтовой службы (в древности письма обычно передавали с посыльными). Они не претендовали на то, чтобы быть систематическими трактатами, в которых автор разъясняет все, что считает важным. Точно так же как сегодня мы пишем письмо на бумаге или электронное письмо по какому-то конкретному поводу (например, чтобы поприветствовать, сообщить кому-то, что скучаем, поделиться важными новостями или по поводу чьего-то дня рождения, о проблемах на работе, из-за необходимости к кому-то обратиться и т.д.), так и Павел писал свои послания по поводу конкретных случаев. Почти все они, за одним важным исключением, были адресованы христианским общинам, которые он сам создал в городских регионах Средиземноморья, обратив прежних язычников в веру в единого Бога Израиля. Услышав о том, как вела себя какая-то из его общин (часто новости были плохими), Павел писал им послание, чтобы вновь установить отношения и решить различные проблемы, с которыми они сталкивались, будь то моральные вопросы, лжеучения, межличностные конфликты или что либо иное.
То есть поскольку все послания Павла были приурочены к определенным событиям, они главным образом имели дело с актуальными ситуациями. Они не были систематическими трактатами, решающими вопросы христианского вероучения и этики. Жаль, что у нас нет всех посланий, которые когда-либо написал Павел. Тогда мы имели бы неисчерпаемый источник информации о нем и христианских церквах, которые он основал. Фактически мы ограничены семью бесспорными посланиями, которые связаны с весьма конкретными ситуациями.

48

Как это (наличие псевдо посланий) может создавать для нас проблемы? Только в одном из посланий Павел обсуждает значение христианской евхаристической трапезы и как ее следует проводить. Он обсуждает этот вопрос в Первом послании к Коринфянам, потому что в Коринфе возникли проблемы, связанные, так сказать, с организационной стороной трапезы. Одни верующие съедали и выпивали всё приготовленное, а другие, должно быть, приходили слишком поздно (потому что, видимо, вынуждены были работать), и им уже ничего из еды и питья не оставалось. Из слов Павла совершенно ясно, что, по его убеждению, обряд совместной трапезы и надлежащее его отправление имеют величайшее значение: некоторые христиане заболевали или даже умирали в наказание за то, что не соблюдали обряд должным образом. Но если бы Первое послание к Коринфянам тоже было утрачено (как было утрачено большинство других посланий Павла), мы даже не знали бы, что Павел думал о трапезе. А сколько было других вопросов чрезвычайно важных для Павла, о которых мы не знаем просто потому, что они не возникали в его общинах, к которым он обращался в сохранившихся посланиях?

49

Таким образом, говоря о Павле, мы должны быть очень осторожными и не воображать, будто имеем полную картину того, во что он верил и что проповедовал. Кое-что мы знаем, но наша картина, как это ни прискорбно, не полная.

У нас есть еще один относительно ранний источник сведений о жизни и учении Павла — новозаветная книга Деяний апостолов. В разделе о Петре у нас была причина подозревать, что некоторые из историй, рассказанные в Деяниях, не являются исторически достоверными, а представляют собой более поздние размышления о жизни Петра того же автора, который написал и Евангелие от Луки. Ранее мы уже предположили, что -то же самое относится и к Павлу, то есть некоторые эпизоды Деяний, касающиеся его, так же часто являются материалом преданий, как и исторически проверяемыми описаниями.
Однако применительно к Павлу мы имеем еще более твердые основания для такого суждения. В книге Деяний есть места, где сообщается о тех же событиях в жизни Павла, которые упоминает он сам в своих собственных посланиях, и мы можем сравнить то,
что Деяния говорят о Павле, с тем, что он сам сообщает о себе. Показательно, что почти в каждом случае, когда сравнение такого рода возможно, между этими двумя повествованиями  выявляются различия, иногда очень большие.Ну, вот допустим, если Деяния апостолов были написаны примерно в 80 или 85 году, как считает большинство ученых (вскоре после создания Евангелия от Луки), то они возникли по крайней мере спустя поколение после жизни Павла. Их автором, несомненно, являлся
человек, принадлежавший к одной из общин Павла; он слышал истории об апостоле, циркулировавшие после его смерти. Но как все мы знаем, при пересказе истории изменяются, а тридцать лет — это большой промежуток времени. Большинство ученых
настаивает на том, что тексты самого Павла — более подходящий источник сведений о нем, чем тексты Луки. То есть там, где есть несоответствия  следует верить именно Павлу.
Несогласованность в Деяниях апостолов Отчасти причина такого положения состоит в том, что автор Деяний не представил внутренне связного описания жизни Павла,
несмотря на утверждение, что он хочет дать повествование «о собенно известных между нами событиях» (Лк. 1:1-4).  В книге Деяний есть три отрывка, в которых описывается знаменитое обращение Павла. Все три повествования согласуются со словами самого апостола в его собственных посланиях относительно того, что до своего обращения он был энергичным гонителем христиан и что именно видения Иисуса после его воскресения убедило его в том, что Бог воскресил Иисуса из мертвых. Но что это было за видение и что случилось, когда Павел испытал его? Ответ зависит от того, какой текст прочитать — главу 9, 22 или 26 Деяний. Согласно истории, рассказанной в главе 9, когда Иисус явился Павлу по дороге в Дамаск, попутчики Павла «стояли в оцепенении, слыша голос, а никого не видя» (Деян. 9:7), но в главе 22 Павел, говоря о случившемся, заявляет, что его спутники «свет видели... но голоса Говорившего мне не слыхали» (Деян. 22:9). Хорошо, но кто это был? В главе 9 рассказывается, что попутчики Павла продолжали стоять, в то время как сам он упал на землю, пораженный видением (ст. 7), однако, согласно главе 26, все упали на землю(ст. 14). В главе 9 Иисус наставляет Павла, чтобы тот отправился
в Дамаск и получил наставления о том, что делать, от человека по имени Ананий, но в главе 26 Павла учит сам Иисус. Все это может показаться незначительными деталями, но почему вообще эти тексты расходятся друг с другом? И чему нам следует доверять?

50

Некоторые интерпретаторы предположили, что различия возникли потому, что Лука делал небольшие изменения в изложении случившегося в зависимости от того, в каком контексте о нем рассказывалось. В главе 9 он рассказывает о самом событии обращения, тогда как в главе 22 Павел рассказывает о нем враждебной толпе, а в главе 26 вспоминает о нем во время суда над собой. Это выглядит правдоподобно, однако создает проблему для любого, кто хочет понять, что же происходило на самом деле. Если Лука готов был изменять свой рассказ в зависимости от контекста, в котором он его излагает, то почему бы нам не предположить, что он изменял все свои истории каждый раз, когда считал это целесообразным?
А если он так поступал, как же мы узнаем, что читаем о действительно происходящем?
Пишем далее: то, что Лука иногда изменял сведения, которыми располагал (или их уже изменили его информаторы), становится еще более явственно, если сравнить его повествование о Павле с рассказами Павла о самом себе. Иногда различия незначительные, по поводу которых можно просто предположить, что Лука получил искаженные сведения. Другие различия весьма существенные, по тому ,что они касаются понимания смысла благой вести Павла и его миссии христианского евангелиста.
Противоречия наблюдаются, скажем, между книгой Деяний апостолов и собственными посланиями Павла в отношении маршрута его путешествий. В книге Деяний, к примеру, говорится, что когда Павел совершал поездку в Афины после обращения множества людей в городе Фессалоники, он был совершенно один: его спутники Тимофей и Сила не сопровождали его (см.:Деян. 17:15; 18:5). Но сам Павел сообщает иное. В Первом посла-
нии к Фессалоникийцам он пишет, что Тимофей был с ним в Афинах: Павел хотел получить известия о том, как ведут себя новые обращенные фессалоникийцы, чтобы выяснить это, он послал Тимофея обратно к ним (см.: 1 Фес. 3:1-2). Возможно, в очередной раз, это не имеет большого значения, но показывает, что Лука не гарантирует достоверных подробностей. 1Другое сопоставимое различие по-настоящему важно. Согласно самому Павлу, после того как он был обращен благодаря видению Иисуса, он не отправился в Иерусалим, чтобы встретиться с апостолами (см.: Гал. 1). Павел весьма настойчиво подчеркивает это обстоятельство и говорит: «А в том, что пишу вам, пред Богом, не лгу» (1:20). Причина вполне ясна: он хочет, чтобы его читатели поняли, что благая весть, которую он проповедует, не была передана ему земными учениками Иисуса. Он получил ее непосредственно от самого Христа в видении, которое привело его к обращению. В таком случае никто не может обвинить его в извращении благой вести, которую он мог бы унаследовать от тех, кто был апостолом до него. Тем интереснее видеть развертывание события согласно Деяниям апостолов. В этой книге описывается, как после своего обращения Павел покидает Дамаск и отправляется в Иерусалим именно для того, чтобы встретиться с апостолами (см.: Деян. 9:23-30). У Луки были причины желать, чтобы Павел завел непосредственное знакомство с ними. По его мнению, все апостолы — Петр, Иаков, Павел и все остальные — пребывали в полном согласии относительно всех важных вопросов, стоящих перед всеми последователями Иисуса.

51

Необходимость: апостольское согласие, вынудила его рассказать историю о ранней апостольской встрече, несмотря на то, что Павел явно отрицает это. Иногда расхождения между автопортретом Павла и его изображением в Деяниях связаны с содержанием учения Павла. Например, согласно Деяниям, в разговоре с группой языческих философов в Афинах Павел утверждал, что они и все язычники поклоняются многим богам, потому что просто не знают ничего лучшего. Но Бог прощает это упущение и хочет, чтобы они понимали, что нужно поклоняться лишь Ему одному .Теперь, узнав истину, они могут раскаяться и поверить в Иисуса (см.: Деян. 17).Интересно сравнить данную аргументацию с тем, что сам Павел говорит о языческих религиях в своем собственном сочинении.

52

В Послании к Римлянам он заявляет весьма прямолинейно: язычники поклоняются многим богам не потому, что они несведущи. На самом деле верно противоположное: язычники прекрасно знают, что есть только один Бог, но они отвергают это знание Бога,что бы поклоняться другим богам. И так как они все время знают, что они делают, Бог отнюдь не прощает их, он разгневан и ниспосылает на них свой гнев (см.: Рим. 1:18-32).
Некоторые интерпретаторы пытались примирить эти два отрывка, утверждая, что Павел, возможно, проповедуя сторонникам многобожия, не хотел причинить им обиду, хотя в действительности думал о них иначе (как в главе 17 Деяний). Конечно, теоретически возможно, что Павел не стал говорить того, что действительно думал, потому что не хотел кого-то обидеть. Но это едва ли похоже на Павла, жизненный путь которого изобилует трудностями, вызванными его откровенными взглядами. Кажется маловероятным, чтобы Павел стал говорить противоположное тому, о чем он действительно думал (как своего рода ложь во спасение), если он так настаивал на стойкости в своих собственных писаниях. Проповедовал ли он противоположное тому, во что верил? Стал бы распространять неправильное представление?

53

Блох Исаак Абрамович написал(а):

Проповедовал ли он противоположное тому, во что верил? Стал бы распространять неправильное представление?

Будущий апостол родился в малоазиатском городе Тарсе в зажиточной иудейской семье. Он происходил из колена Вениамина, давшего Израилю первого царя — Саула. Родители нарекли мальчика в его честь Савлом (Саулом). Он имел от рождения римское гражданство и, соответственно, два имени — еврейское Савл и римское Павел. Благодаря хорошему образованию его богато одаренная натура получила все необходимое для своего развития. В результате он вступил во взрослую жизнь уже будучи яркой и сильной личностью. Воспитанный ревностными иудеями, он с первых шагов обнаружил себя ярым противником христианства и гонителем первых христиан. Он считал Иисуса самозванцем и видел в деятельности его последователей угрозу для иудаизма. Однако, во время путешествия в Дамаск, где он должен был участвовать в расправе над христианами, Павел пережил глубокое потрясение, радикально изменившее характер его религиозного опыта и структуру его духовного «я». Вот как об этом свидетельствует Писание: «Когда же он шел и приближался к Дамаску, внезапно осиял его свет с неба. Он упал на землю и услышал голос, говорящий ему: Савл, Савл! Что ты гонишь Меня? Он сказал: кто ты, Господи? Господь же сказал ему: Я Иисус, Которого ты гонишь. Трудно тебе идти против рожна. Он в трепете и ужасе сказал: Господи, что повелишь мне делать? И Господь сказал ему: встань и иди в город; и сказано будет тебе, что тебе надобно делать» (Деян. 9, 3 —6). Ослепшего Савла привели в Дамаск, где к нему явился Анания, которому Иисус Христос повелел вернуть тому зрение и крестить его, чтобы тот смог возвещать имя Господа перед народами и царями и пострадать за Него.

Это обращение, сопровождавшееся дианойей (перестройкой души) и метанойей (перестройкой ума), изменило личность и всю последующую жизнь Павла. Из врага Иисуса он стал Его апостолом, поскольку уверовал, что Он — не простой плотник из Назарета, а Сын Божий и Мессия, Спаситель, обещанный человечеству Ветхим Заветом. В итоге жизнь Павла-христианина обрела новый смысл: он проповедовал Христа и его учение среди язычников, нес им Благую Весть, пока не был казнен в Риме по приказу Нерона.

Павел — маргинал-пассионарий, принадлежавший к трем духовным мирам — иудейскому, греко-римскому (эллинистическому) и христианскому. В его личности и его мышлении сфокусировались несколько социокультурных векторов, сообщавших его духовному «я» особую структурно-содержательную сложность. По рождению он был иудеем, а по воспитанию и первоначальным убеждениям — «фарисеем из фарисеев». Но город Тарс, в котором он провел первые годы жизни, являлось сугубо эллинистическим поселением. По свидетельству Страбона там существовала собственная академия, а сами тарсяне своей любознательностью, любовью к наукам не уступали жителям Афин и Александрии.

Следует помнить о том, что Павел — единственный из апостолов, кто вырос в языческом городе. Об его непосредственной причастности к греко-римской, эллинистической цивилизации говорят факты свободного владения им греческим языком, знакомство с греческой литературой и философией, способность пользоваться, при надобности, греческими пословицами (например, «худые сообщества развращают добрые нравы» (1 Кор. 15, 33)). Характерно и то, что почти все его цитаты Ветхого Завета берутся им не из еврейского текста, а из его греческого перевода — Септуагинты. Заслуживает внимания также то обстоятельство, что он от рождения был обладателем римского гражданства, что уже само по себе являлось для иудея большой социальной привилегией.

Все это предрасполагало к выходу за пределы иудейской духовно-социальной партикулярности. Вместе с тем, греко-римские, эллинистические воздействия составляли совокупность хотя и необходимых, но отнюдь не достаточных условий для обращения Павла. Сотни тысяч евреев продолжали существовать внутри сугубо иудейского социокультурного контекста, не имея не малейшего желания переходить в христианство. Потребовалось вмешательство Самого Христа, чтобы потрясти до оснований все духовное существо Павла и обратить его в христианство.

Павел — автор четырнадцати вошедших в Новый Завет посланий. Это серия писем, направленных конкретным адресатам по поводу текущих проблем церковной жизни первых христианских общин. Они были написаны приблизительно через двадцать-двадцать пять лет после распятия Иисуса Христа. Послания ценны тем, что представляют собой один из первых опытов богословского осмысления учения Христа. Создавая их, апостол решал одновременно несколько задач. Во-первых, это был его собственный интеллектуальный труд по самоуяснению, рациональному обоснованию важнейших основоположений христианства.

Уверовав в то, что распятый Иисус был истинным Сыном Божиим, Павел оказался перед необъятным океаном сложнейших богословских проблем и направил все силы своего могучего интеллекта в эту область. Он, по славам теолога С. Нейла, призван был говорить «нечто такое, чего до него еще никто не говорил и для чего в его распоряжении не было подходящих слов»[2]. И он блистательно решил все эти задачи, выказав самую высокую интеллектуальную доблесть.

Второе, на что он не жалел ни физических, ни духовных сил, было решение воспитательно-педагогических задач по облечению важнейших истин христианского учения в доходчивую, яркую, убедительную форму, доступную пониманию язычников и неофитов и позволяющую содержанию этих истин проникать в человеческие сердца и пускать там корни. Павел сумел великолепно справиться и с этими задачами.

Результаты подвижнических усилий Павла были ошеломляющими. Теологи в один голос утверждают, что апостол не мог и помышлять о том, что его письма войдут в канонический текст Библии, станут составной частью Священного Писания[3]. Они же отмечают, что значение Павла выходит далеко за пределы религиозной сферы и охватывает много других областей. Он оказал и продолжает оказывать влияние на интеллектуальную жизнь христианского мира, на политическое, правовое и нравственное сознание индивидов и сообществ, на развитие философии, социологии, культурной антропологии, психологии и др. социогуманитарных наук.

Отредактировано Ewa (2010-03-23 23:35:13)

54

В «Деяниях святых Апостолов» говорится о встрече Павла с философами-эпикурейцами. Оказавшись в Афинах, он возмутился духом при виде множества идолов — мраморных изваяний языческих богов. На одной из городских площадей он стал ежедневно проповедовать. Далее произошло следующее: «Некоторые из эпикурейских и стоических философов стали спорить с ним; и одни говорили: «что хочет сказать этот суеслов?», а другие: «кажется, он проповедует о чужих божествах», потому что он благовествовал им Иисуса и воскресение. И, взявши его, привели в ареопаг и говорили: можем ли мы знать, что это за новое учение, проповедуемое тобою? Ибо что-то странное ты влагаешь в уши наши; посему хотим знать, что это такое? Афиняне же все и живущие у них иностранцы ни в чем охотнее не проводили время, как в том, чтобы говорить или слушать что-нибудь новое. И, став, Павел среди ареопага, сказал: Афиняне! по всему вижу я, что вы как-бы особенно набожны; ибо, проходя и осматривая ваши святыни, я нашел и жертвенник, на котором написано: «неведомому Богу». Сего-то, Которого вы, не зная, чтите, я проповедую вам: Бог, сотворивший мир и все, что в нем, Он, будучи Господом неба и земли, не в рукотворных храмах живет. И не требует служения рук человеческих, как бы имеющий в чем-либо нужду, Сам дая всему жизнь и дыхание и все; От одной крови Он произвел весь род человеческий для обитания по всему лицу земли, назначив предопределенные времена и пределы их обитанию, дабы они искали Бога, не ощутят ли Его, и не найдут ли, хотя он и не далеко от каждого из нас: Ибо мы Им живем и движемся и существуем, как и некоторые из ваших стихотворцев говорили: «мы Его и род». Итак, мы, будучи родом Божиим, не должны думать, что Божество подобно золоту, или серебру, или камню, получившему образ от искусства и вымысла человеческого. Итак, оставляя времена неведения, Бог ныне повелевает людям всем повсюду покаяться; ибо Он назначил день, в который будет праведно судить вселенную, посредством предопределенного Им Мужа, подав удостоверение всем, воскресив Его из мертвых. Услышавши о воскресении мертвых, одни насмехались, а другие говорили: об этом послушаем тебя в другое время. Итак Павел вышел из среды их. Некоторые же мужи, приставши к нему, уверовали; между ними был Дионисий Ареопагит и женщина, именем Дамарь, и другие с ним» (Деян. 17, 16-32).

Павел в своем выступлении не затрагивает содержания греческой философии, не касается слабых сторон известных ему учений эпикурейцев и стоиков. Он начинает свое выступление с того, что указывает на точку соприкосновения между христианами и язычниками. Апостол обращает внимание греков на их особую набожность, заключающуюся в их способности чтить Бога, даже не зная его. Его парадоксальное утверждение о «неведомом Боге» становится чем-то вроде моста, перебрасываемого мудрым апостолом из одного культурного мира в другой и открывающего возможность преодолеть пропасть непонимания, отделяющую язычников от христиан.

Примечательно, что тут же, среди афинян нашлись люди, которые перешли через этот «мост». Одним из них был Дионисий Ареопагит, который позднее особо прославится благодаря своему двойнику — замечательному христианскому мыслителю Петру Иверу, выступившему под псевдонимом и вошедшему в историю мировой духовности как Псевдо-Дионисий Ареопагит. То есть выступление Павла перед языческими философами не было бесплодным «суесловием». Как в притче Христа о сеятеле, зерна истины, разбрасываемые апостолом, попадали на разную почву, как бесплодную, так и плодородную. Некоторые из семян, зароненные в сердца, жаждущие истины, принесли плод «в сто крат».

Павел, знакомый с идеями афинских философов, был далек от того, чтобы восхищаться их мудростью. В его глазах языческая мудрость — это «безумие перед Богом», потому что в ней нет ни любви к Богу, ни страха Божьего. Она сродни духовной слепоте и не способна привести к спасению. Зато в ней есть много суетности и лукавства, в которых христианину легко уловить тех же эпикурейцев. Для Павла последователи Эпикура — это не духовные люди, а «душевные», т. е. руководствующиеся не столько движениями духа, сколько чувственностью. Их кредо: «Станем есть и пить, ибо завтра умрем» (1 Кор. 15, 32). Они ограничены и считают безумием то, что исходит от Духа Божия. Они не в состоянии понять очень многого, поскольку не способны подняться на высшую ступень разумения — ступень духовности. Их рассуждения основаны на мудрости сугубо человеческой и в этом их слабость. Истинная же мудрость основывается, по глубокому убеждению Павла, на силе Божией, а не человеческой.

Павел не превозносит мудрость века сего или мудрость властей. Он проповедует премудрость Божию. При этом он не присваивает ее себе, поскольку твердо знает об ее особой, богооткровенной природе. Только милость Божия позволяет ему прикоснуться к ней. Если бы все люди были причастны к ней, тогда Иисуса Христа не распяли бы.

Просвещенная публика, внимавшая Павлу в Афинах, состояла не только из эпикурейцев. Среди слушателей были еще и те, кто придерживался идей философов-стоиков. (Деян. 17, 18 — 21). Их воззрения были несколько ближе Павлу, по сравнению с взглядами эпикурейцев. Космология, онтология и теология стоиков несли в себе идею явно выраженного монизма. Стоики утверждали, что в мире господствует Бог, который полностью имманентен, тождествен этому миру. И хотя для Павла Бог отнюдь не имманентен миру, Творец не тождествен всей совокупности своих творений, а стоит неизмеримо выше тварного мира, он в своей речи в ареопаге охотно процитировал поэта-стоика Арата, друга Зенона, когда говорил об едином Боге: «Мы Им живем и движемся и существуем, как и некоторые из ваших стихотворцев говорили: «мы Его и род» (Деян. 17, 28).

Для Павла важно было обнаружить характерное для греческого духа состоянии активного поиска. Однако, он увидел, что греческие философы, пребывая в этом поиске, не сумели добраться до того духовного рубежа, где им могла бы открыться сверхличность живого Бога, а задержались перед россыпью многочисленных гносеологических, антропологических, этических и социально-политических проблем, которые как бы перегородили им путь, ведущий к богопознанию. Религиозная интуиция подсказывала им, что «неведомый Бог», еще не открывшийся им, существует. Но их интеллектуальные, духовные резервы истощились раньше, чем они смогли приблизиться к самой постановке проблемы богопознания. Именно поэтому относительная глубина языческой философской мудрости померкла перед глубиной мудрости апостола Павла, напитанной духом христианского откровения.

Не кичась этим, очевидным для него духовным превосходством, Павел видел свое предназначение в том, чтобы протягивать руку каждому, кто был готов принять в свое сердце живого Бога и тем самым приобщиться к мудрости высшего порядка. Он отчетливо сознавал, что верующий в Христа не нуждается в философской мудрости, если та не приближает его к Богу, не служит делу богопознания.

----------------------------------------------------------------

55

Круто!

Ewa написал(а):

Павел в своем выступлении не затрагивает содержания греческой философии, не касается слабых сторон известных ему учений эпикурейцев и стоиков.

А в чем ап. Павел видел слабые стороны?

56

Девиз эпикурейцев: «…станем есть и пить, ибо завтра умрем» (1 Кор. 15:32). Именно с представителями этой философской школы пришлось встретиться апостолу Павлу в Афинах, о чем повествуется в 17 главе книги Деяния в Библии. Не удивительно поэтому, что эти люди отвергли проповедь Павла, ибо он говорил о Боге, Его великой жертве, о воскресении мертвых. Но эпикурейцы отвергли эту весть: «И как они не заботились иметь Бога в разуме, то предал их Бог превратному уму — делать непотребства…» (Римл. 1:28).
«Ваше счастье — не нуждаться в счастье», — провозглашают стоики. Философская концепция стоиков, построенная на собственном Я, привлекала гордых греков и амбициозных римлян. Идеи философов XX в., проповедующих о коммунистическом рае, заимствованы у стоиков. Впервые подобная утопия была выдвинута Зеноном, который говорил, что союз людей должен быть подобен «пасущемуся на общем пастбище стаду, согласно общему закону». При этом стоит отметить, что стоиков отличала высокая нравственность и образованность, ибо без этого не мог состояться мудрец.  Большую распространенность стоицизм получил в религиозных кругах. Именно стоики становились инквизиторами и основателями монашеских орденов, именно они являли пример религиозного фанатизма (самого страшного из всех существующих!), именно стоики отправлялись в крестовые походы, истребляя инакомыслящих, и, наконец, именно они выдвинули догмат о спасении с помощью собственных добрых дел. Спасение своими силами, в конечном счете, собственной святостью, посредством своего Я — высшая степень гордыни, отвергающая заслуги распятого Спасителя[/color], отвергающая главный догмат Евангелия «…праведный верою жив будет!» (Римл. 1:17). Для гордого сердца неприемлемо принять спасение и прощение даром, так как его обещает и дает Творец, по вере, для них важно спасение заработать, заслужить своими собственными силами, посредством добрых дел, иными словами, посредством собственных заслуг. Находясь всю жизнь в церкви, полагая, что они служат Богу, эти люди не подозревают, что служат самим себе, и фимиам воскуряют опять-таки самим себе, не подозревая, что в основе их жизни лежит языческая философия! Как важно вовремя задуматься об этом, самим себе задать вопрос и искренно на него ответить: «А кому служу я? Не расходятся ли мои убеждения и представления с тем, что написано в Библии?»

Отредактировано Ewa (2010-03-29 22:12:17)

57

Павел,(как кажется, самозванный) апостол Иисуса  претендовал на право нести всем людям весть о еврейском помазаннике. Но вот вопрос, какие условия для принятия и приобщения к еврейскому помазаннику нужно было соблюсти? Павел ставит явно не те условия которые соответствуют принятию еврейского мессии. Ибо сказано:« 6 Не давайте святыни псам и не бросайте жемчуга вашего перед свиньями, чтобы они не попрали его ногами своими и, обратившись, не растерзали вас."» Это не я сказал, это сказал тот кого Павел считал Машиахом (Матф.7:6).  И как это исправить?:  «11 обрезывайте крайнюю плоть вашу: и сие будет знамением завета между Мною и вами.12 Восьми дней от рождения да будет обрезан у вас в роды ваши всякий [младенец] мужеского пола, рожденный в доме и купленный за серебро у какого-нибудь иноплеменника, который не от твоего семени.13 Непременно да будет обрезан рожденный в доме твоем и купленный за серебро твое, и будет завет Мой на теле вашем заветом вечным.» (Быт.17:11-13)И в этом, он входит в конфликт с теми кто был непосредственным учеником Иисуса, теми кто из уст их учителя принял, то что принял. С тем в конце концов, кто был братом Иисуса и продолжил его дело - возглавив общину свидетелей и  учеников т.е. ап. Иаковом. Конфликт сводится к вопросу об обрезании. Иисус был обрезан. «59 В восьмой день пришли обрезать младенца и хотели назвать его, по имени отца его, Захариею.» - И предшественник его Иоан был обрезан(Лук.1:59).  И сам он: «21 По прошествии восьми дней, когда надлежало обрезать [Младенца], дали Ему имя Иисус, нареченное Ангелом прежде зачатия Его во чреве.»(Лук.2:21)  они были обрезаны ибо… «18 Ибо истинно говорю вам: доколе не прейдет небо и земля, ни одна иота или ни одна черта не прейдет из закона, пока не исполнится все.» (Матф.5:18) У нас нет никакого сомнения, что и Иаков и Иуда, братья его (предателя Иуды просто не было, среди апостолов был только его брат), и Петр Скала от которого позднейшие авторы- редакторы Нового Завета не оставили – камня на камне, да и вообще все окружение Иисуса, мужезкого пола были обрезаны. Павел же, нашел сослаться на праотца нашего Авраама: и вот, что говорит первомученик  Стефан -«2 … он сказал: мужи братия и отцы! послушайте. Бог славы явился отцу нашему Аврааму в Месопотамии, прежде переселения его в Харран,3 и сказал ему: выйди из земли твоей и из родства твоего и из дома отца твоего, и пойди в землю, которую покажу тебе.4 Тогда он вышел из земли Халдейской и поселился в Харране; а оттуда, по смерти отца его, переселил его [Бог] в сию землю, в которой вы ныне живете.5 И не дал ему на ней наследства ни на стопу ноги, а обещал дать ее во владение ему и потомству его по нем, когда еще был он бездетен.6 И сказал ему Бог, что потомки его будут переселенцами в чужой земле и будут в порабощении и притеснении лет четыреста.7 Но Я, сказал Бог, произведу суд над тем народом, у которого они будут в порабощении; и после того они выйдут и будут служить Мне на сем месте… И Павел его дополняет-…«3 Ибо что говорит Писание? Поверил Авраам Богу, и это вменилось ему в праведность.»(Рим.4:3)… …8 И дал ему завет обрезания. По сем родил он Исаака и обрезал его в восьмой день; а Исаак [родил] Иакова, Иаков же двенадцать патриархов.» (Деян.7:2-8) Какую логику мы тут видим? Павел полагает, что цель христьянства это праведность. И как бы не замечает, что праведность это условие/средство, союза со Всевышним, а не цель. «…8 И дал ему завет обрезания. По сем родил он Исаака и обрезал его в восьмой день; а Исаак [родил] Иакова, Иаков же двенадцать патриархов.» Завет обрезания является результатом , плодом праведности Авраама. Не будь праведен Авраам, не было бы и Завета! Еще раз- праведность Авраама это условие сотрудничества, это начало отношений твари и Творца. К великому сожалению Павел это не понял.

Быстрый ответ

Напишите ваше сообщение и нажмите «Отправить»



Вы здесь » Наш форум » Библия » Первоверховные апостолы Пётр и Павел,